Все здоровались со мной, кивали, некоторые норовили поцеловать в щеку. Моя прическа и платье произвели фурор. Я слышала, как гости шепчутся за моей спиной. Что ж, пусть обсуждают. Я еще стану местной законодательницей мод. Не удивлюсь, если завтра парикмахерские будут завалены работой – девушки побегут состригать косы.
Первым, кого заметила, был главный смотритель Бастер. Не желая с ним сталкиваться, я резко свернула в сторону и налетела на Лэйна.
— А, это ты, — для того, в чью честь устроили вечер, он выглядел не слишком довольным.
— Что стряслось?
— Ты еще не знаешь?
Я покачала головой. Понятия не имею, что его так расстроило.
— Будет тебе сюрпризом, — обогнув меня, Лэйн пошел дальше.
Я проводила его недоуменным взглядом. Почему у меня ощущение, что сюрприз не из приятных?
Наше с Лэйном столкновение вызвало ненужный интерес – меня заприметил Бастер. Теперь куда бы я не пошла, он не сводил с меня взора. Все смотрел и смотрел. С его ростом это было несложно. Он на голову возвышался над толпой.
Прямо наблюдательная вышка, а не мужчина. Недаром у него должность называется «смотритель». У меня, наверное, между лопаток образовалась дыра. Просверлил, гад, своими черными глазищами.
Но я, наконец, встретила того, кого так упорно искала – Айзека. И тут же напрочь забыла о главном смотрителе.
Следователь приоделся по случаю званого вечера. Темно-серый костюм сменил смокинг, который идеально сидел на широкоплечей фигуре Айзека.
— Потрясающе выглядишь, — улыбнулся мне следователь.
— И ты, — я вернула ему улыбку.
Мы как будто не расставались. Разговор тек легко и непринужденно. Но кое-что меня беспокоило. Отсылая Айзеку приглашение, я заметила на нем приписку «плюс один». Она была на всех приглашениях, чтобы гость мог прийти с парой. Меня волновало: воспользовался ли Айзек возможностью? Набравшись смелости, я спросила напрямик.
— Я один, — ответил он.
— Почему? У тебя никого нет? — я хотела выяснить все наверняка.
— Жизнь следователя непредсказуема и полна опасностей, мало кто согласится разделить ее на двоих, — пояснил мужчина.
Я вздохнула: интриги, скандалы, расследования. Как мне всего этого не хватает! Я и в журналисты пошла потому, что работа обещала быть интересной, хотя воспитательницы наперебой советовали поступать в художественный. Рисовать я люблю, но мне не достает усидчивости.
— Хотела бы я тоже работать следователем, — протянула мечтательно.
— Это невозможно, — ответил Айзек. — Рейден не позволит.
