Раньше я мог понять, о чем она думает, лишь по взгляду. Теперь она закрылась от меня, и даже этот единственный способ понять ее стал мне недоступен. Я молю бога, чтобы время, проведенное нами сегодня вместе, сработало в мою пользу.
Время и моя честность.
– Никак не узнаешь. Тесса, можешь быть уверена, я снова причиню тебе боль. И ты тоже ранишь меня, но я могу заверить тебя в том, что никогда не предам тебя и ничего от тебя не скрою. Ты можешь ляпнуть какую-нибудь хрень, сама того не желая, да и я тоже, но мы справимся с нашими проблемами, потому что так и поступают взрослые люди.
Просто дай мне еще один шанс, и я покажу, что могу быть человеком, которого ты достойна. Прошу, Тесса. Прошу тебя… – умоляю я."
"Она смотрит на меня покрасневшими глазами и нервно кусает себя за щеку изнутри. Не могу видеть ее расстроенной: ненавижу себя за то, что она в таком состоянии.
– Ты ведь любишь меня? – спрашиваю я, боясь услышать ее ответ.
– Да. Больше всего на свете, – со вздохом признается она.
Я не могу сдержать легкую улыбку.
Услышав, что она по-прежнему любит меня, я будто снова оживаю. Я так волновался, что она просто махнет на меня рукой, разлюбит меня и станет жить дальше. Я недостоин ее и знаю, что она это понимает.
Но меня переполняют мысли, а она молчит в ответ. Я больше не выдержу этой отдаленности.
– Тогда что я могу сделать? Что я должен сделать, чтобы мы справились с этим? – в отчаянии спрашиваю я. Мои слова звучат слишком эмоционально – я понимаю это по ее взгляду, то напуганному, то раздраженному, то… не знаю какому.
– Я сказал что-то не то, да? – Я закрываю лицо руками и вытираю влажные глаза. – Я знал, что так и будет: ты же понимаешь, что я несилен в выражении чувств.
Никогда в жизни я не был так взволнован, и это ощущение мне не нравится. Мне никогда не приходилось проявлять эмоции – мне не было до этого дела, – но ради этой девушки я готов на все. Я вечно все порчу, но я должен это исправить или хотя бы постараться изо всех сил.
– Нет… – всхлипывает она.
– Просто я… я не знаю. Я хочу быть с тобой. Я хочу все забыть, но не хочу потом жалеть об этом. Я не желаю быть одной из тех девушек, которую втаптывают в грязь и смешивают с дерьмом, а она все терпит.
Я наклоняюсь к ней и спрашиваю:
– Быть для кого? Кто, ты боишься, подумает так о тебе?
– Все – моя мама, твои друзья… ты.
И я понимаю, в чем дело. Ясно: ее беспокоит то, что ей следует сделать, а не то, что она хочет сделать.
– Не надо беспокоиться о других.