Но вот таких… – Клим сжимает челюсть, его лицо превращается в жестокую маску. – Продавать себя за бабки. Это самое отвратительное, что может сделать женщина с собой. Так себя опустить. Сколько ей лет, по-твоему?
– Э-э-э… Не знаю. Около тридцати?
– Да. В этом районе. Она не выглядит больной или ущербной, верно? Почему тогда не устроится на нормальную работу? Да хоть той же уборщицей, продавщицей в ларек. Куда угодно! Знаешь, почему она это не делает? – Никита смотрит так, что страшно дышать.
Столько ненависти в его темных глазах.
Она затягивает, как черная дыра. Там вся бесконечность презрения и ярости.
– Почему?
– Потому что бабам всегда хочется жить хорошо. Пусть она будет измазана дерьмом, но зато в новом пальто. Не будет пачкать руки, но запачкает рот. Она привыкла раздвигать ноги, чтобы добиваться своего. Это все, на что она способна.
Впадаю в изумленный транс и не знаю, что сказать в ответ. Он же всегда был максимально сдержан, а тут…
– Ань, встань за бар! – требовательно произносит Клим.
– Что?"
"– Мне нужно покурить.
Две минуты. Если кто-то подойдет, смело шли нахер.
– Но я… Попроси официанта.
Никита бросает на меня тяжелый взгляд и обходит барную стойку. Хватает меня за руку, стягивая со стула, и заводит на свое рабочее место.
– Стой здесь. Поняла?
Киваю, просто потому что ничерта не поняла. Он уходит, а я стою на месте, как и было сказано.
Проходит даже меньше двух минут, и Никита возвращается расслабленный и спокойный. А я осознаю, что пора валить домой, но… Вновь оказываюсь за барной стойкой со стороны гостя под внимательным взглядом темных глаз.
– Так на чем мы остановились? Так… Мужчина, да?
– Никит, я, наверное…
– О-о-о… Нет, малышка. Назад сдавать не вариант. Посиди еще немного. Ты меня разгружаешь. И я очень хочу послушать, как ты поешь, – просит он без лишней дерзости или приказов.
Никита?! Просит?! Просит меня остаться? Без приколов и подколок? Не привязывает к стулу, не угрожает, не запирает все выходы?
Что-то новенькое…
Забираюсь на стул. Никита наполняет бокалы пивом один за другим.
Наблюдаю за ним и не могу понять, что именно чувствую. Я пришла, чтобы утереть ему нос и забрать мобильник, но сижу здесь три часа и мило болтаю. Приехали…
– Мужчина, – подтверждаю я.
– О-кей. Это коллектив или сольный певец?
– Коллектив.
– Читают или поют?
– И то, и другое.
Никита усердно размышляет, а я веселюсь. Нет, дружочек. Ты не угадаешь. Даже не пытайся!
– Сколько лет треку? – задает он следующий вопрос.
Задумываюсь.
