– Зато тебе идет эта блузка, – ставлю перед ней пустой харрикейн (прим.автора: бокал для подачи экзотических коктейлей большого объема). – Чем его наполнить, малышка? Только попроси.
POV Аня
Сказать, кем я себя чувствую? Лучше, наверное, не стоит. Но есть особый кайф в том, что ты собираешь удивленные взгляды и притягиваешь внимание. Только вот в полной мере его можно ощутить, когда уровень уверенности зашкаливает, а не болтается на ниточке, точно оторванная бесполезная пуговица. Реакция Клима испаряется так же быстро, как и появляется.
Всего секундное удивление, и он вновь возвращает себе непоколебимое спокойствие.
Конечно. Думаю, его может действительно тронуть только кто-то… Да вон! Смотрю на девушку в ярко красном коротком платье с кучей тесемок на груди и спине. Секси или шлюха? Тут уж каждый сам решает…
Это ее выбор. Не хочу никого осуждать, потому что сама сейчас черт знает на кого похожа. А все ради того, чтобы привлечь внимание. Еле втиснула задницу в Викину юбку.
Надеюсь, она не разойдется по швам.
Смотрю на Клима поверх пустого бокала, что он поставил передо мной. Он готовит напитки для пары, которая нежно прижимается друг к другу, стоя у бара. Ром с колой и что-то синенькое. Похоже на «Голубую лагуну» (прим.автора: коктейль на основе водки, ликера «Блю кюрасао» и спрайта), но это не точно. Я уже сто лет коктейлей не пила. Чувствую жажду и нестерпимую сухость во рту. Может, мне тоже стоит заказать один? Нет! Вряд ли это закончится чем-то хорошим.
Еще и из рук этого демона, который сегодня хорошо замаскировался под ангела.
Новый Никита обескураживает. Он улыбается. Не во все тридцать два, но все-таки. Сейчас он кажется еще более притягательным, чем раньше. В белой рубашке. На подъеме сил. Общается с гостями, отпускает шутки. Каждое его движение легкое и выверенное. Только глаза остались такими же темными, и в них видна его настоящая сущность. И тем не менее, замечаю кое-что новенькое.
Ему нравится работать за баром. Нравится каждый миг.
– Ну что, Аня? Чем тебя порадовать? – говорит Никита, возвращаясь ко мне, и снова улыбается.
Теперь понимаю, почему он делает это так редко и, возможно, только за стойкой бара. Да за такую горячую улыбку вкупе с ледяным пронзающим взглядом девки должны прыгать на него толпами. Да он бы уже сдох от удушья сиськами.
– Удиви меня, чудо-бармен, – отвечаю насмешливо, хотя мне вообще не смешно.
