Неужели она не хочет послушать, как Костя предлагает секс по телефону какой-то бабе?
Оказываемся в маленьком прохладном пространстве. Прикуриваю и открываю пошире окно, подставляя лицо ночному воздуху. В нем уже чувствуется дыхание скорой весны, осталось потерпеть совсем немного. Ненавижу холод. Зима, поздняя осень. Настоящая пытка погодой и природой. В это время воспоминания становятся острее, чем обычно, и распарывают старые, наскоро зашитые, раны.
Я до сих пор помню, как это, когда онемевшими и отмороженными пальцами пытаешься открыть дверь в дом с глупой надеждой в детском сердце, что все уже закончилось, но нет.
Обламываешься, слыша стоны, крики, иногда плач, иногда заливистый смех, и понимаешь, что лучше снова уйти. Бродить по улицам, бегать с ветром наперегонки, чтобы не околеть окончательно. Злиться на весь мир и осознавать, что тебя никто не ждет и ты никому не нужен.
Я привык к этому. Уже давно практически не чувствую боли или переживаний по этому поводу, но сегодня…
Мыслями возвращаюсь к девчонке с синими глазами.
Всего на секунду показалась, что я увидел в них что-то такое… Невозможное. Так нельзя смотреть на меня. Никто так не смотрел. Это был не интерес, не страсть, не жажда, не предложение себя. Трудно объяснить. Было такое ощущение, что я просто ей нужен.
– Обслужите даме рот.
Оборачиваюсь. Марина вставляет тонкую сигарету между губ, щедро вымазанных розовым говном, и ждет. Смотрю на нее и не вижу ничего. Пустое место.
– Сегодня у нас самообслуживание, – протягиваю ей зажигалку и снова перевожу взгляд на темную улицу за окном.
– Знаешь, Аня просто все не так поняла, и…
– Мне похер. Можешь не стараться, – выпускаю дым из носа.
– Вы с ней встречаетесь?
– Тебя это волновать не должно.
– Да мне в принципе все равно, просто подумала, что могу помочь решить тебе одну проблему…
– У меня нет проблем.
– Уверен? – она подходит ближе и кладет ладонь на ширинку моих джинсов. – Мы могли бы уехать отсюда. Все эти детские игры только распаляют, но не расслабляют.
– Ты сегодня без подружки, так что вряд ли сможешь меня удивить.
Убираю ее руку. Эта девушка не имеет отношения к возбуждению, что до сих пор тлеет во мне, а значит не ей им пользоваться.
– Ты меня недооцениваешь, Ник. Аня и вполовину не будет так хороша, как я. Даже со всеми ее подружками. Ты же сам видел. Или нет?
– О чем ты?
– Вова разве не показывал тебе?.."
"Перестаю ее слушать, высовываясь из окна, потому что замечаю маленькую темную фигурку, выбегающую из подъезда.
