– Ответь на вопрос!
Никита снижает скорость, перестраиваясь в правый ряд. Он смотрит на меня. Знаю это. Чувствую, потому что по рукам и спине вверх бежит устрашающий холодок.
Смотрит и молчит.
Выжидает."
"Хочет, чтобы и я посмотрела на него? Не могу… Секунды тянутся мучительно долго, скорость все снижается и снижается. Черт возьми! Поворачиваю голову, и меня прижимает к спинке кресла из-за того, что стрелка спидометра вновь поднимается по шкале. Глаза в глаза. По салону летают искры.
– Тебе нужны причины? – говорит Клим, уверенно сжимая руку на руле.
– Мне нужен ответ. Зачем? Я не понимаю.
Он задумывается, удерживая мой взгляд. Эмоции не показываются на его лице, вместо них цветные блики световых вывесок плывут по гладкой смуглой коже.
– На каждую сотню дерьмовых дел я стараюсь делать одно хорошее. Сегодня это ты.
Клим грубо переключает рычаг коробки передач, отворачиваясь к лобовому стеклу, а я не могу закрыть рот. Он что? Серьезно? Более странного человека я еще не встречала. И более пугающего тоже.
– И как часто ты играешь в Супермена?
– Уверена, что хочешь знать? – хрипотца в его голосе, словно электрошок.
Рассматриваю парня, который подарил мне сегодня парочку микроинфарктов и понимаю, что ничего не хочу о нем знать. Хочу забраться под одеяло и забыть сегодняшний вечер, как страшный сон, но…
– Да, – согласие вместе с выдохом срывается с губ.
– Каждый гребаный день, – приглушенно отвечает он и включает следующую скорость, унося нас все дальше в ночь.
Машина с визгом тормозит у общежития.
Кажется, я даже поседела за эту поездку. Сердце колотится так, что закладывает уши, руки дрожат. В секунду расстегиваю ремень, чтобы кинуться прочь, но не успеваю дотронуться до ручки двери, как щелкает замок.
– Спокойно, – предупреждает Клим.
Оборачиваюсь, вновь подвергаясь гипнозу, который превращает злость в бессилие. Клим протягивает руку к моему лицу. Отшатываюсь и бьюсь затылком о стекло.
– Аня, если бы я хотел что-то тебе сделать, то не стал бы останавливаться у главного входа общаги.
Логично?
– Открой дверь, – прошу я.
Клим поддевает указательным пальцем мою шапку и аккуратно касается лба:
– Откуда у тебя шрам на брови?
Вспоминаю вспышку боли и панический ужас, что живет во мне с того дня, но душу прошлое из последних сил.
– Упала.
– Упала? – недоверчиво переспрашивает он.
Его палец скользит по виску к щеке. Клим внимательно разглядывает мое лицо, словно знает гораздо больше, чем должен. Но это невозможно.
