Хотя, возможно, Таврос просто не знает, что трон кантона Санаду получил в дуэли с мощным огневиком, владеющим далеко не слабой магией земли – это было давно, а подробности могли не описывать. Тогда горение кожи было отнюдь не иллюзорными, а очень даже настоящим, и вместо мягких и легко разрубаемых зомби атаковала свита каменных големов, земля трескалась под ногами и так ходила ходуном, что даже телекинезом держаться над ней было сложно. И не было никаких ограничений.
Может, Таврос надеялся на знаменитую неприспособленность менталистов к боевой деятельности? Но эта особенность связана с эмпатией и ощущением момента смерти, и её можно преодолеть волей.
Всё может стать ровно наоборот – впрочем, как раз этот прискорбный факт, из-за которого менталистов освобождают от военного призыва, может быть некроманту неизвестен.
Или Таврос просто хотел проверить свои силы? Вряд ли в ближайшее время их ждут войны, на которых он сможет отработать боевые приёмы своей магии.
Обо всём этом лениво размышляет Санаду, продолжая опираться на вытащенный из закромов меч.
Когда к нему направляется грозный Эзалон, Санаду подумывает смыться, но вспоминает, что он теперь соректор, и остаётся на месте.
У Эзалона гневно раздуваются ноздри:
– Ты оставил нас без наставника некромантов. Ну что, доволен?
– М-м, я ещё не определился, – Санаду примирительно улыбается.
Вообще-то это действует даже на Изрель. Иногда. Но Эзалона, похоже, только больше раздражает:
– Что ж, определяйся.
И поздравляю!
Интонации Эзалона заставляют Санаду насторожиться:
– С чем?
– С тем, что ты у нас теперь наставник некромантов. До тех пор, пока мы не найдём нового. Если таковой найдётся после того, как Таврос расскажет о твоей выходке."
"– Думаешь, они тоже не оценят забавность ситуации?
Эзалон продолжает строго смотреть на него.
– Ты серьёзно, – осознаёт Санаду.
– Да. У меня ведь тоже нет так любимого тобой чувства юмора!
– Ты же понимаешь, что мне будет весьма неприятно, когда они начнут при мне колдовать? Ладно, когда это делает профессионал, контролирующий силу и не распыляющий её без толку, тогда я почти ничего не ощущаю, но дети…
– Об этом надо было думать до того, как ты решил вписать себя в расписание.
– Так я не виноват, что у Тавроса нет чувства юмора!
– Надеюсь, что остальные некроманты тоже не оценят эту шутку, и кто-нибудь поспешит занять должность, чтобы ты не оскорблял их профессию.
