А сама глазищами так и стреляет, так и притягивает, как лодку на буксире, в которой не повезло оказаться незадачливому рыбаку. Совсем не скромница. В глазах бушующая стихия пляшет. Истинная дочь моря.
Только тут нежданчик: парень, то бишь я, на деле девица, как и сама сирена! Ей со мной ничего не светит.
Я молча скрестила руки на груди. Мое нежелание говорить было очевидным, но Марисса не собиралась сдаваться. В ожидании ответа она покусывала пухлые губы. Потом поняла, что я не собираюсь ей помогать, и сделала еще одну попытку для сближения.
— Ты не хочешь со мной разговаривать из-за того, что случилось днем? Понимаю… На самом деле Ариан не так плох, как хочет казаться. Он самый благородный, умный и воспитанный дракон в академии.
В общем, из самых-самых, мы это уже все поняли. Угу.
— Ну, так и шла бы к нему, — вмешался Тим, давясь от смеха.
Марисса стрельнула в него глазами и вновь уставилась на меня. Облизнула губы. Произнесла с придыханием:
— Давай сделаем вид, что прошлой встречи не было.
Привет, меня зовут Марисса. А тебя?
Хармс продолжал есть, не поднимая глаз, только Ык, замерев, зачарованно слушает голос сирены, но ей он абсолютно безразличен. Ее горящий взгляд направлен на меня.
Я все так же молчу с каменным выражением на лице.
Наконец в глазах сирены вспыхивают предупреждающие огни маяка, еще чуть-чуть — и лодка разобьется об острые подводные рифы. Но Марисса справляется с гневом, в ее глазах вновь царит безоблачный штиль.
Она наклоняется ближе, еще ближе. Почти ложится грудью на стол.
У Ыка со стуком падает челюсть.
Что сказать, достоинства у Мариссы что надо. Мне даже тоскливо стало на миг. Вспомнила, что придется грудь перевязать.
Сирена демонстрирует свою самую пленительную улыбку:
— Такая тихая погода, почему бы нам немного не погулять после ужина?
Очарование момента нарушает Ык громкой отрыжкой.
Мариссу тут же сдувает с лавки. Тим тихо стонет, упав головой на стол. Из его глаз брызжут слезы. Хармс продолжает не реагировать, сидит, уткнувшись в тарелку.
Я мысленно сползаю под стол.
Один Ык непонимающе вертит головой и обиженно заявляет:
— Ы?
Занавес.
Глава 18"
"— Марисса, прости моего друга, — фей, наконец, решил взять инициативу в свои руки. Поднялся и вытер слезы. — Но завтра слишком ответственный день. Нам всем нужно хорошенько отдохнуть, чтобы показать себя на тестах.
— Понимаю. — Сирена расправила складки на платье и потупила голубые глаза, в которых сверкнуло плохо скрытое раздражение.
