Затем в ломбард заглянула, и в какой-то сталинке на окраине скрылась от моего человечка, — цокает языком, на меня глядит с укоризной. — Сильно вы ее похоже обидели, Герман Валерич. Негоже так с женой, да еще с таким ангелом, как наша Женечка. Я вот Любку свою тридцать лет на руках носил. И все равно, когда не стало ее, показалось, что недолюбил. Помяните мои слова, однажды поймёте, что мало было и за каждую минуту в ссоре грызть себя станете.
— Вень, честно, без твоих нравоучений хреново. Поехали, покажешь в какую она там сталинку от меня спряталась.
Да по пути в аптеку заедь, купи чего от похмелья: голова трещит, — отшиваю я старика, а сам всю дорогу над его словами думаю.
Очень уйти хотела. Видно, что плакала. Как же можно было так ее обидеть еще и напугать своей пьяной выходкой, урод!
В груди грохочет от страха, что я дурак мог так просто потерять ее. Пусть не любимая, но она моя. Родная. Она семья моя. А я ее. У нее ведь кроме меня совсем никого не осталось.
Веня тормозит у ветхой трехэтажки в пригороде.
Очевидно она сдала в ломбард кольцо обручальное, — больше она золота не носила, — и сняла жилье в этом гадюшнике.
Сердце того и гляди расколошматит ребра от бешеного желания сорваться и пойти по квартирам в поисках своей жены. Да только понимаю, что по добру она со мной не пойдет. А по-плохому я ее и без того уже напугал.
Пусть остынет пару дней. Тогда на свежую голову еще раз поговорить попытаюсь.
Она девочка не глупая, матери моей звонить не станет — знает, что у нее со здоровьем не очень.
Необратимых поступков делать тоже не будет — она перестраховщица такая, что я удивлён, с какой решительностью она из дома ушла. Так что можно ее оставить на пару дней — не пропадёт.
Однако решиться уехать не могу. И кажется дело вовсе не в том, что я боюсь остаться без ее вкусной еды и отглаженных рубашках. А в том, что этой ночью я испытал нечто, чего еще никогда не испытывал ни с одной женщиной…
Это без преувеличения было что-то новенькое. Словно я получил удовлетворение не только физическое, но и моральное.
Я смотрел на нее. Как она подпрыгивает на мне. Как разлетаются ее длинные волосы от каждого моего толчка. Как она стонет. Как покачивается ее небольшая, но оказывается очень красивая грудь. И будто впервые видел свою жену.
Оргазм был настолько мощным, что я кажется отключился сразу после.
Неужели все дело в ней?
Но это ведь был далеко не первый наш секс. Однако в этот раз я почти не сдерживался. Просто был собой. Впервые с ней…
Я понял.
