Может быть, вы конкретизируете?
– Ну, например, над чем вы работаете сейчас? – Я обвела взглядом его студию.
– Я решил опробовать совершенно новый для меня жанр, – закинув ногу на ногу, принялся неспешно рассказывать Венедиктов.
Я старательно записывала все, что он говорил. В процессе беседы он увлекался все больше и больше, вспомнил о своем знаменитом прошлом и уже хвастался напропалую, сам того не замечая. Я не останавливала его и, лишь дав выговориться, постаралась перевести разговор в нужное мне русло.
– Я слышала, что вы собираетесь принять участие в выставке ""Таланты Поволжья""? – спросила я, когда Венедиктов замолчал, переводя дух.
– Да, собираюсь, – делано-безразличным голосом проговорил Венедиктов.
– Именно со своей новой картиной?
Он рассмеялся.
– Дорогая Татьяна, у меня много картин! Глупо выставляться с одной-единственной работой. Тогда лучше сразу ни на что не рассчитывать.
– А вы рассчитываете выиграть этот конкурс? – прямо спросила я.
Венедиктов пожевал ус, затем сказал:
– Если не стремишься к успеху, к первенству, лучше вообще не принимать участия в подобных мероприятиях.
Какой смысл?
– Просто показать миру свои творения, например, – с наивной улыбкой сказала я.
Венедиктов снова рассмеялся, но смех его выглядел наигранным.
– Скажите, – перешла я к самому главному, – кого вы считаете своим главным конкурентом?"
"Художник застыл, что-то соображая. Наверняка после моего ухода он позвонит Славику и спросит, откуда взялась эта новоявленная журналисточка, которая задает такие нетипичные вопросы.
Но за это я не волновалась: Славик-то уже был предупрежден мною…
– На выставке будут представлены работы многих мастеров. Все они имеют реальные шансы на победу, – почти слово в слово с Еленой Викторовной Стрижовой произнес он.
– А вот я слышала, есть совсем новые, никому не известные авторы, – не отставала я. – Например, я слышала очень лестные отзывы об Александре Кальчинской и ее работах. Есть мнение, что они могут произвести фурор.
Венедиктов уставился на меня в упор.
Он молчал и смотрел. Наконец совладал с собой и спросил:
– От кого вы такое слышали?
– Я много с кем беседую по долгу своей службы, каждый имеет право высказать свое мнение, – в унисон его комментариям о художниках-конкурсантах заметила я.
Венедиктов задумался и принял нарочито скучающий вид.
– Вы совершенно правы, каждый, конечно, может иметь свое мнение, – скептически кривя губы, сказал он. – И даже высказывать. Но только как свое субъективное! – подчеркнул он.
