— Поделилась я своими планами на ближайшее будущее.
Нагиня поняла меня правильно, потому что в её собственной руке появилась глефа.
— Ты наверно забыла, что всего лишь жалкая лекарка? Ваш же целительский дар не позволяет вам причинять вред живому. Даже я это знаю, так что, чем теперь ты собралась меня пугать? — нагиня рассмеялась. — Вечно прячешься за спинами воинов рода. Ах, посмотрите, Селена Лангран участвует в рейдах против работорговцев. Каким образом? Целительница! А тут взяла мечи, аж дроувские, и собралась напугать меня? Знаешь, я, пожалуй, проучу тебя.
Рабский ошейник скроет тебя от любого поиска. Я воспользуюсь твоей идеей. Отрублю тебе руки. И ты будешь моим любимым развлечением. Наглядным примером остальным. А этого зелёного, я заставлю смотреть на то, как с тобой развлекаются остальные. Как думаешь, это заставит его быть послушным? Одно непослушание, и с тобой играют ещё один час?
Она видимо тоже старалась выбить меня из равновесия. Но меня не пугали её слова. Меня пугала мысль, что она пересказывает уже когда-то свершившееся, просто ставит меня на место жертвы.
Глефа, традиционное оружие нагов. Им учат владеть сызмальства и всех, и мальчиков, и девочек. Но есть у глефы один большой недостаток. Чтобы им пользоваться, надо было задействовать обе руки. И хоть я и была, как мне тут напоминали, всего лишь лекаркой, меня натаскивали не только владеть разным оружием, но и противодействовать ему.
Пока нагиня упиваясь, описывала мне мою дальнейшую судьбу, я незаметно сократила расстояние между нами.
Резкий бросок, и один мой клинок пропарывает мышцы на руке нагини чуть ниже локтевого сустава, врезаясь точно между лучевой и локтевой костями. Я с силой потянула меч на себя, отрубая основание костей от лучезапястного сочленения. Разворот на сто восемьдесят градусов, опускаюсь в полном приседе, и уже оба клинка вспарывают чешую на хвосте нагини, разрывая мышцы и разрубая позвонки хвоста.
Наги, как и их оружие, тоже имеют одну слабость. Крайняя треть их тела, почти половина их змеиного хвоста, отвечает за передвижение и координацию движений.
После удара я отскочила на несколько шагов, готовясь к реакции своей соперницы. Болевой шок иногда притупляет реакцию и вызывает приступ боевого бешенства."
"Тут была та же история. Не помня себя от боли и ярости, захлебываясь собственной злобой, она кидалась на меня, размахивая глефой, превратившейся из грозного оружия в палку с лезвием. Но, тем не менее, она всё равно оставалась опасным противником.
