Мало того, что при падении он ударился затылком о деревянный пол, хорошо хоть не каменный, так еще, и я упала на него сверху. Над краем кровати показался смеющийся Рей.
— Дайгир, ты решил, что ещё не все шишки этого мира собрал на свой хвост? Или ты решил, не отходя от кровати, создать жене занятие? — подкалывал оборотня наг.
Когда мы уже шли вниз, наг притормозил около лестницы.
— Дайгир, смотри какая чудесная лестница! А ты с неё ещё не падал! Какое упущение! — ехидно улыбался Рей.
Всё утро у нас прошло под девизом ""найди обо что ещё не ударился барс, огрызнись нагу, и пусть Селена объяснит, почему не надо лишний раз травмироваться"".
Но настроение заметно улучшилось, и улыбалась я мужьям искренне. Вот и сейчас в ответ Рейгару Дайгир оскалился с не меньшим ехидством.
— Ты сначала сам со своими виляниями на этих узких ступеньках справься! — Рею действительно было не очень удобно подниматься и спускаться по узким ступенькам постоялого двора. — А мы пока пойдем, узнаем, чем это так вкусно пахнет.
С этими словами барс перекинул меня через плечо и практически бегом спустился вниз, к ожидающим нас за накрытым столом друзьям и родственникам.
— Барс, девушек носят на руках, даже я это знаю. А не как мешок с овощами! — отметил наше появление Варес.
— Ну, как и кто там носит девушек, я не знаю, а собственную жену, как хочу, так и ношу! — ответил ему Гир, помогая мне расположиться за столом.
За столом послышались смешки.
Даже Андра оторвалась от маленького дроу, чтобы кивнуть, приветствуя нас и улыбнуться.
Алтея совершенно не заворачивалась существованием этого ребенка. Даже ел он как животное, лакая из миски. В первый раз, когда мы это увидели, повисла просто такая тишина, что казалось, мы слышали шелест пылинок в воздухе. В этот момент я пожалела, что невозможно свернуть этой дряни шею ещё раз. Алтея это заслужила.
Почувствовав неладное, малыш перестал есть и огляделся. Но Андра сумела объяснить свои слёзы тем, что теперь Астурос испачкался.
Теперь мальчишка усиленно осваивает ложку и прикрывает рубашку полотенцем, с гордостью демонстрируя, что остался опрятным даже после завтрака. И любой, кто видел в эти моменты выражение лица Альда, понимал, что ради этой девушки он небо и землю перевернёт местами, столько нежности и пламени было в его взгляде.
Забавно было наблюдать, как осторожно волк вливался в эту компанию.
