И ты сам говорил, что лорды у вас хорошие, достойные. — Рианна старалась одновременно, и объяснить происходящее, и успокоить своего мужчину. — Только тут дела такие, что непонятно за что хвататься в первую очередь. Вот и надо всё обсудить.
Но он и сам стал уже успокаиваться, видя, как вслед за лордами в комнату входят мужья Лисан, Рейгар, которого он тепло поприветствовал, вызвавший улыбку Дайгир.
— О! Лунопоклонник! Живой, зараза! А мы-то уж успели тебя похоронить, думали, что на этот раз точно не выкарабкаешься, и твой Лунный свет не поможет! — Дерек и Дайгир сжали ладони друг друга в приветствии.
— Ты как?
— Выкарабкался, как видишь. — Улыбнулся в ответ Дайгир.
— Что? Опять, твоя Луна? Вытащила с грани? — воскликнул Дерек.
— Она самая. Только она и может. — Ответил барс, смотря при этом на меня.
— Почему ""Лунопоклонник""? Второй раз уже слышу… — поинтересовалась я, чтобы скрыть неловкость и смущение, возникшее от пристального внимания мужа.
— Так весь наш подвал знал, он как напорется, что только сдохнуть и остаётся, всё в бреду ""Лунный свет"" звал, такие признания всё повторял… — объяснял мне муж Рианны.
— Оборотни-то и так Луну почитают, а этот к ней как к единственной. Вот его и прозвали. Имени-то он никому не говорил. Да там многие не говорили. Знаете, толком и поговорить-то, тоже не получалось. Почти все по одному сидели и только клетку напротив и видели. Это я с напарником сидел, да ещё несколько счастливчиков. А то и речь можно было бы забыть.
Мужчина на глазах расслаблялся и успокаивался.
Появилась улыбка, выпустил, наконец, жену из-за своей спины, потеплел взгляд. И тут в комнату вместе с Терином Леройдом зашёл присмиревший муж Андры. Оба одновременно замерли, словно споткнулись, а потом дёрнулись друг к другу.
— Дерек! Живой, тебя же забрали! — сжал в объятиях мужчину повеселевший оборотень, но тут же выпустил, заметив, как тот скривился. — Извини…
— Да, ничего. Зажило почти, это моя всё беспокоится. — И было в этом «моя» столько мужского довольства, что не понять того, что уж он-то точно доволен своей судьбой было сложно.
— Я тут видишь, при жене. А ты, какими путями?
— Да теми же. Тоже. При жене. — Резко погрустнев, ответил муж Элиандры.
— Надеюсь, на этом мы можем, наконец, перейти к решению более насущных вопросов, чем кто на ком женился? — как всегда съехидничал Варес.
— Посмотрю я на тебя, когда свою пару найдёшь, — хмыкнул Дайгир. — Будут ли для тебя более важными другими вопросы.
