Надеюсь, в течение этого месяца вы найдете себе подходящую на данном этапе вашей жизни женщину, — как бы мне хотелось увидеть на самоуверенном лице Зорина хоть какое-то подобие проигрыша. Однако — фиг там.
— Евгения Михайловна, зачем мне такие телодвижения, если через месяц и неделю кто-то записался на практику в мое отделение? Я тебе даже больше скажу, Жень, — демонстративно поправляет на мне задравшуюся им же купленную кофту. — Не планировал, конечно, но раз такая пьянка, то я возьму тебя к себе. Буду твоим руководителем.
Подтяну твои знания и умения.
— А вы снова теряете форму. Если мне не изменяет память, я должна была к вам прийти через три недели, аккурат после окончания занятий, то есть завтра. И там было такое слово, ключевое про добровольно. Давайте закончим здесь и сейчас вашу маленькую игру. Вы уже проиграли."
"— Я ошибся со сроком, Женечка. Со всеми бывает, я же обычный человек. Но я точно не проиграл. Вот увидишь, настанет день и ты сама по ко мне придешь. Однозначно это будет раньше осени.
Кстати, ты нарушила наш договор, как будем решать этот вопрос? — вдруг понимаю, что он говорит о нашем бартере. То есть про штаны с кофтой за мои приходы. — Я все же за то, чтобы ты пришла завтра. Обещаю не трогать тебя руками. И другими частями тела тоже. Клянусь, — шепчет мне в уголок рта.
— А я против.
Отхожу от Зорина на шаг, скидываю с себя ветровку и, не раздумывая, стягиваю с себя кофту. Удивительно, но мне совсем не стыдно. Подумаешь, лифчик увидит. Быстро натягиваю ветровку обратно и, застегнув ее по горло, возвращаю Зорину кофту.
— Тяжелый случай.
— А джинсы я вам фиг верну, мне из-за вас их обгадили. И это компенсация за то, что я здесь делала. Выздоравливайте, Алексей Викторович, — подхватываю рюкзак и быстро выхожу из квартиры Зорина.
Глава 21
Отпиваю уже порядком остывший кофе, в очередной раз всматриваясь в девочку, сидящую на лавке. И если поначалу она казалась мне моим разгулявшимся воображением, то спустя пару минут неотрывного рассматривания, я с уверенностью могу сказать, что это сестра Жени.
И опять мысли упорно ведут к этой сложносочиненной особе.
— Алексей Викторович, — резко поворачиваюсь в ответ на сжимание моего плеча.
— Что? — отхожу от окна.
— Извините, я в дверь стучала и звала вас, но вы не реагировали.
— Задумался, — ставлю чашку на стол и беру протянутые Тамарой Николаевной бумаги.
Подписываю документы, толком не вникая в суть. Настроения работать совсем нету.
