Много ли надо, чтобы кого-то завалить на зачете или унизить? Запросто, причем не прилагая никаких усилий. Однако, я была крайне удивлена, когда ни на занятии, ни после него он не обратил на меня никакого внимания. Более того, я была одной из трех человек, которым он поставил пять баллов за работу с пациентом. Никаких придирок или косых взглядов в мою сторону, и даже в опросе я снова не участвовала. Скорее всего у меня очередной приступ паранойи, но подвоха я все равно жду.
— Ну и что мне делать, Женек? — перевожу взгляд на вытирающую слезы Тамару Николаевну.
Ну а что я скажу? Ну, разве что — ей надо бы уже чесать домой, оставить меня одну, чтобы я наконец-то взяла из холодильника остатки пирогов, подаренных представителем фармацевтической компании. Увы, так я сказать не могу.
— Возможно, вы ошибаетесь, и ваш муж вам не изменяет, — иди уже Христа ради и дай мне поесть. Кажется, у меня на лице все написано, ибо она как-то недобро на меня посмотрела.
— Тамара Николаевна, вы документы не подписали, — синхронно поднимаем взгляд на Зорина.
— Ой, извините, забыла.
— А что это вы плачете? Кто-то умер?
— Пока, нет, — шмыгая носом, произнесла Тамара Николаевна. — Мне муж изменяет. Снова. Но доказать я этого не могу, — забирает у Зорина бумаги. — Первую лядь я по волосам на одежде вычислила. А сейчас нигде не нашла. Ни в машине, ни в квартире, ни на одежде.
— Не печальтесь. Посмотрите на это по-другому. Дерьмо из жизни должно уплывать вовремя, иначе потом придется вызывать ассенизатора.
— Ну я ж вроде как его люблю.
— Тогда снова смотрите на это по-другому. Волос нигде нет, но вы уверены, что он изменяет?
— Нет волос и уверена.
— Тогда это как женщину вас должно обрадовать.
— Как?
— Очень просто. Лядь номер два — лысая тварь. А у вас вон какая шевелюра. Гордитесь. Скоро про нее забудет. Женя, пойдем ко мне в кабинет, — начинается!
— Зачем?
— Обсудим план завтрашнего занятия.
— Так можете здесь рассказать.
— За мной в кабинет, — по слогам произносит он.
Ну и ладно, вот здесь и сейчас все решится.
Долбану, к чертовой матери, чем-нибудь тяжелым в случае чего. И все. Встаю с дивана, бегло прощаюсь с Тамарой Николаевной и иду вслед за Зориным.
Как только я захожу в кабинет, он проходит чуть вперед и берет со стола пакет.
— Держи.
— Это план занятий? — заткнись, Женя. Ну заткнись! Он ведь дверь даже не закрыл на замок. Не нарывайся.
— Конечно, он, — подыгрывает мне Зорин. — Разворачивай, — подходит прямиком ко мне.
