Второй выстрел выбил кобуру и заставил его вскинуть руки за голову."
"Бравый милицейский сержант тем временем пытался достать табельное оружие.
Второй сержант, высокий нескладный блондин, оказался намного шустрее: секунда – и короткий черный револьвер оказался в его правой руке.
Медлить было нельзя. Выстрел – и рука сержанта оказалась перебита в локте. Револьвер вывалился из нее, но, несмотря на боль, сержант нагнулся и у самой земли подхватил свое оружие.
Второй выстрел, третий – и оба милиционера, получив еще по пуле в верхние конечности, разом потеряли всякий интерес и к Климу, и к личному оружию.
Золотозубый гражданский тем временем уже целился в Клима.
«Как вы меня достали!» – подумал тот, проведя двоечку.
Золотозубый, получив по пуле в ногу и руку, упал ничком и завыл, как пароход в тумане – так же нудно и громко.
Подняв короткий револьвер, выпавший из руки шустрого сержанта, Клим удивленно присвистнул.
Это был «ЭР-440», по внешнему виду смахивающий на американский «смит-вессон». Довольно редкое оружие, которое никак не могло быть штатным вооружением сержанта милиции.
Вытащив телефон, Клим быстро набрал номер оперативного дежурного:
– Говорит семьдесят два сорок восемь. Совершено нападение на меня. Есть два «трехсотых» тяжелых и три «трехсотых» легких. Улица Бебеля, двадцать шестнадцать. На четной стороне улицы около «Мазды» со спущенным передним колесом.
– Группа прибудет через двадцать минут! – сказал дежурный.
– Слушай, мужик! Даю штуку баксов, и мы мирно разбегаемся! – предложил золотозубый.
– Мало! – изрек Клим, краем глаза наблюдая, как амбал с битой отводит руку назад, готовясь к броску.
«Смотри, какой шустрый уголовник попался!» – удивился про себя Клим, нажимая два раза на курок.
Первая пуля перебила биту, а вторая свистнула около левого уха амбала, заставила его резко качнуться вправо.
– Я поклонник здорового образа жизни. Мне твое тело очень нравится! Жалко его портить! Как бывший спортсмен, я реально представляю, как много трудов стоит заиметь такие мышцы.
Но если ты еще раз дернешься, то, несмотря на всю мою любовь к здоровому образу жизни, я в секунду сделаю три дырки в твоем великолепном теле! Убить не убью, но калекой на всю жизнь оставлю! – пообещал Клим, качнув стволом в сторону второго здоровяка.
Второй амбал, получивший бутылкой коньяка в солнечное сплетение, уже оклемался и шаловливой ручонкой полез в карман.
Карман сильно не оттопыривался, а значит, огнестрельного оружия там не было.
