Китаец опять быстро заговорил, перемежая свои слова с всхлипываниями.
Подошел негр и тоже попытался успокоить старика.
Китайца как будто подкинуло пружиной.
– Твоя не понимай, какой горе у Цзи Лу! – тоненько закричал он, падая на гранитный пол.
– Ай-Гун спросил у Цзай Во о тех деревьях, которые сажают у алтаря.
Тот сказал:
«Во времена династии Ся сажали сосны, во времена династии Инь – кипарисы, при доме Чжоу – каштаны, и все это осуществлялось для того, чтобы народ пребывал в страхе».
Услышав это, Учитель сказал: «Нет смысла говорить о том, что уже сделано, не следует также противиться тому, что ныне совершается, нет смысла говорить о том, что уже прошло», – процитировал Клим.
– Вы знаете знаменитые Изречения Учителя?[15] – воспрял старик.
– Когда-то читал, – туманно ответил Клим, бережно поднимая старика с колен.
– Может, мне все-таки показалось, что жезл разбит? – неожиданно встрепенулся старик, бросаясь к простреленной сумке.
Вытащив гидрокостюм, старик бережно развернул его и горестно охнул.
Жезл был вдребезги разбит.
– Учитель говорил: «Не вспоминай о плохом! Завтра может быть еще хуже!» – снова процитировал Клим.
– Ты, сынок, не понимаешь! Сейчас случилось самое настоящее горе! – снова воздел руки китаец.
Клим сделал шаг назад и негромко сказал, обращаясь к негру:
– Надо куда-нибудь переместиться и утешить старика. Боюсь, как бы ему не стало совсем плохо.
Глава 34
Все эти десять минут, проходя вещевой склад насквозь, компания шла по каменному тоннелю.
Затем Клим так и не понял: то ли они пришли на открытое место, то ли очутились в очередной огромной пещере. Во всяком случае, ни неба, ни каменного потолка Клим разглядеть не сумел.
Маленькая деревянная веранда, стоявшая над небольшим озерцом, была вся увита плющом. Берега озерца густо заросли каким-то кустарником.
Старика увели в маленький чайный домик, а Клим шел за негром.
Вскоре они вышли к небольшому водопаду.
– Давай, дайвер, сполоснемся, а потом – чай пить! – сказал негр, скидывая с себя одежду.
– Ты так спокойно идешь со мной и не боишься, – закинул пробный камень Клим, любуясь телом боксера.
– На ринге я бы тебя одной рукой сделал! – ответил негр, делая классическую двоечку: левой рукой – прямой удар в голову, а правой – в живот.
Клим сделал шаг вправо и назад, нырком уходя от удара в голову. При этом он полностью контролировал противника и смотрел в переносицу боксера.
