– Мне очень хотелось бы проследить путь письма, – добавила Энн, – чтобы понять, как оно направляется туда, куда нужно.
– Должен признаться, меня никогда это не интересовало, но всегда полезно узнать что-то новое.
– Трудно представить, чтобы письмо доходило до адресата еще быстрее, – заметила Энн. – Разве что мы научимся летать.
– Но ведь есть голубиная почта.
Энн рассмеялась.
– Можете представить себе целую стаю, которая взмывает в небо, чтобы доставить почту?
– Пугающая перспектива, особенно для тех, кто находится в этот момент внизу.
Энн расхохоталась, да так, что потекли слезы. Она и не помнила, когда так веселилась.
– В таком случае едем на Хай-Холборн, – решил граф, – поскольку я ни за что не позволю вам доверить письмо лондонскому голубю.
Он открыл окошко в тенте и дал кучеру указания, а потом опять откинулся на сиденье.
– Могу ли я еще чем-то вам помочь, мисс Уинтер? Я полностью в вашем распоряжении.
– Нет, спасибо, хотя… Не могли бы вы отвезти меня в Плейнсуорт-хаус?
– Так рано? В ваш выходной?
– Сегодня еще предстоит множество дел.
Мы уезжаем… О, конечно же, вы это знаете. Завтра мы уезжаем в Беркшир, в…
– Уиппл-Хилл, – подсказал граф.
– Верно. И, насколько я поняла, это предложили вы.
– Мне показалось, это куда разумнее, нежели потратить целый день на дорогу до Дорсета.
– Но вы… – Энн осеклась и устремила взгляд на улицу. – Нет, ничего.
– Вы хотите спросить, собирался ли я посетить свое поместье? – немного помолчав, он ответил: – Не собирался.
Энн облизала вдруг пересохшие губы кончиком языка, не в силах взглянуть на графа: слишком опасно.
Зачем желать то, что никогда не сможешь заполучить? Однажды попыталась – и до сих пор расплачивается за это. К тому же лорд Уинстед – самое недостижимое из всех мечтаний, и, если позволить себе его возжелать, ей конец.
Но, господи, как же ей этого хотелось!
– Мисс Уинтер? – голос графа ласкал ее подобно теплому ветерку.
– Это было… – Энн откашлялась, чтобы вновь обрести собственный голос.
– С вашей стороны было очень любезно изменить свои планы ради тети.
– Я сделал это не ради нее, – тихо возразил граф, – и полагал, что вы это поняли.
– Почему? – спросила Энн.
Ей не нужно было вдаваться в подробности, потому что лорд Уинстед и так понял, что она имеет в виду. Ее интересовало, почему он сделал это ради нее, но граф не ответил, во всяком случае не сразу. А потом, когда Энн уже решила, что он так и не ответит, лорд Уинстед произнес:
– Не знаю.
