– Наверное, это была та еще крыса, – пробормотал Дэниел. – Размером с Австралию, не меньше.
Он не пытался развеселить мисс Уинтер, но она все же улыбнулась – уголки ее губ слегка приподнялись. Сердце Дэниела отчаянно забилось. Трудно было понять, почему эта почти незаметная перемена в выражении лица женщины породила в его душе такую бурю эмоций.
Дэниелу не хотелось видеть ее расстроенной, но он только сейчас понял, насколько сильно. Пока она решала, что делать дальше, он наблюдал за ней. Мисс Уинтер сомневалась, можно ли ему довериться, – он видел это по ее лицу.
Она на мгновение выглянула в окно, но потом снова откинулась на спинку сиденья и уставилась прямо перед собой. Ее губы задрожали, и она наконец выдавила таким тихим и срывающимся голосом, что у Дэниела защемило сердце:
– Там был один человек… которого я не хотела видеть.
И ничего больше – ни объяснений, ни продолжения, лишь короткое предложение, породившее тысячу новых вопросов, но Дэниел не задал ни одного. Задаст, но не сейчас, хотя она все равно ему не ответит, поэтому его поразило, что удалось получить хоть крупицу информации.
– В таком случае давайте отсюда уедем, – произнес он, и мисс Уинтер благодарно кивнула.
Экипаж покатил по Пикадилли на восток – совсем не в том направлении, какое было нужно им обоим, но Дэниел отдал вознице именно такой приказ, поскольку мисс Уинтер нужно было немного прийти в себя, прежде чем вернуться в Плейнсуорт-хаус, к тому же ему хотелось провести в ее обществе побольше времени.
Минуты бежали, а Энн все смотрела в окно.
Она не знала, где именно они проезжали, и, честно говоря, ей было все равно. Лорд Уинстед мог отвезти ее в Дувр, и она не стала бы возражать, лишь бы уехать подальше от Пикадилли и от того, кто мог оказаться Джорджем Чевилом, только теперь он наверняка уже сэр Джордж Чевил. Письма Шарлотты приходили не так часто, как хотелось бы Энн, но были довольно веселыми, полными новостей и связывали Энн с прошлой жизнью. Именно из писем сестры Энн узнала о том, что отец Джорджа скончался год назад и молодой человек унаследовал титул баронета.
От этой новости у Энн кровь застыла в жилах. Она презирала покойного сэра Чарлза, но при этом очень в нем нуждалась. Лишь он один мог сдержать в узде мстительную натуру сына. После смерти сэра Чарлза никто не мог воззвать к его здравому смыслу. Даже Шарлотта выразила беспокойство по этому поводу. Очевидно, Джордж нанес Шоукроссам визит на следующий день после похорон сэра Чарлза.
