– Какой компромат собран на задержанных?
Следователь пожал плечами.
– При них пистолеты. Но с разрешениями: у всех есть лицензии частных охранников.
– Все равно вне службы они не имеют права носить оружие! – раздраженно сказал Фокин. – Подготовьте информацию в ГУВД – пусть проверят их контору! Из какой они фирмы?
– Служба безопасности «Консорциума»...
Фокина будто током ударило, но вида он не показал.
– Что еще на них есть?
– Два баллончика с горчичным газом. У нас он не разрешен, но к уголовной ответственности за это не привлечешь.
..
– Еще?
Сомов задумался.
– Больше ничего не раскопали. Все трое наглые, дерзкие... Уверены, что скоро их выпустят. Особенно старший блатует, Татарин...
– Кто?! – На этот раз майор не сумел сохранить невозмутимость.
– Татарин, – с легким недоумением повторил следователь. – Это кличка такая... А фамилия Татаринцев. Николай...
Майор встал.
– Пойду погляжу на этого Татарина, – сказал он и полез зачем-то в сейф.
– Мне с вами? – спросил Сомов.
– Не надо.
.."
"Отправив своего подчиненного, Фокин позвонил Чуйкову и позвал его с собой. Это было не по правилам: Чуйков работал в другом отделе и никакого отношения к задержанным иметь не мог. Зато Фокин полностью ему доверял.
Они спустились в глубокий подвал, где находились камеры предварительного задержания, прошли в комнату для допросов. Обстановка здесь была спартанской, чтобы не сказать больше: бетонные пол, стены, потолок, прикрученные к полу стол, стул и две табуретки, голая лампочка и включающийся одновременно с ней вентилятор.
Немолодой прапорщик привел Татарина – типичного бандита из «новой волны»: молодой, смуглый, с большим носом, спортивные штаны, кожаная куртка, короткая стрижка, развязные, уверенные манеры. Он как хозяин вошел в комнату для допросов, без приглашения сел на табурет, закинул ногу на ногу.
– Ну чо, начальник, второй час сидим, слышь, да? Долго еще мурыжить будете? Мы тут не позавтракавши, ага...
Фокин так долго ждал этой встречи, что даже не поверил.
Он боялся, что не сможет узнать гада, но оказалось, что узнал сразу. Нет, не по лицу, носатому, как у землеройки, и не по быстрым нахальным глазам.
Гада выдал голос!..
Знакомые дебильные обороты, употребляемые для связки слова-паразиты: «чо?», «слышь, да», «ага». Эта манера говорить врезалась в память майора на всю жизнь!
– Так когда отпустят, слышь, да? За нами-то ничего нет, ага...
Горло перехватил спазм, так что ничего сказать Фокин не мог.
