– Для нас это в известной степени непривычно, потому что роль отдельной личности традиционно принижалась и приносилась в жертву значимости коллектива. «Общественное выше личного!» – помните? Хотя и у нас были случаи, когда бессонница одного заставляла бодрствовать по ночам всю страну...
Макс вежливо улыбнулся.
– Но это скорей исключение, которое подтверждает правило. Любое ответственное решение традиционно принималось коллективно либо после бесконечных согласований и утверждений.
Максу хотелось зевнуть, он стиснул зубы и с трудом удержался.
Неужели ради этой лекции его выдернули из дома в восемь утра? Вряд ли!
– В странах западной демократии отношение к личности другое, – невозмутимо продолжал Яскевич. – Там с малых лет поощряется индивидуальность и каждому внушается мысль о самостоятельности и самодостаточности. Потому рядовой полицейский считает возможным оштрафовать принцессу за превышение скорости! Кстати, ей это не помогло...
Он сделал паузу, и Макс был вынужден кивнуть, давая понять, что понимает, о чем идет речь.
– И человек, назначенный на должность, позволяющую принимать решения, принимает их сам, исходя из собственных представлений о справедливости, добре и зле, похвальном и постыдном. Сейчас столь важный вопрос, как получение Россией кредитов, уперся в эксперта МВФ Линсея Джонсона.
Макс не удержался и зевнул. Чтобы сгладить впечатление, он тут же сказал:
– Про Джонсона с утра до вечера твердят по радио и телевизору, о нем пишут все газеты. Такое впечатление, что он Господь Бог и от него зависит: жить нам или погибнуть! Хотя все знают, что кредиты исчезают неизвестно куда и до простых граждан не доходит ни цента!
Яскевич пожал плечами.
– Есть бюджет отдельной семьи, а есть макроэкономика. Понятно, что кредиты не предназначены для поддержки конкретной семьи. Кстати, сейчас и перед ФСБ, и перед МВД поставлена задача предотвратить расхищение поступающих траншей. Но дело не в этом, Максим Витальевич, мы отклонились от темы...
Начальник Западно-Европейского сектора встал, обошел стол и сел в кресло рядом с Максом.
Столь нехитрый прием позволял перейти с уровня служебных взаимоотношений на дружеское общение и тем самым создать атмосферу доверительности. Эту же цель преследовало обращение по имени-отчеству и использование объединяющего местоимения «мы».
– Это по моей вине, Станислав Владимирович! – «покаялся» Макс, который тоже изучал оперативную психологию.
– Так вот, перед нами поставлена задача...
