Я работаю чисто. Если будут претензии, можете меня самого в расход пустить.
Маз посмотрел на Директора.
«Миранда» приносит восемь-десять тысяч ежемесячной прибыли. Две семьсот – не такая уж высокая плата за то, чтобы эта корова продолжала доиться и дальше. Профессионал затребовал бы раза в три больше.
– Хорошо, – сказал Директор. – Семь сотен ты получишь сегодня. Когда возьмешься за работу? – Сначала скажите: кто этот человек, – сказал Савик. – И я должен увидеть место.
– Их двое. Светка Сафронова и Помидор, ее новый хахаль, – сказал Маз.
– Светку знаешь?
– Да.
– Помидор возит ее к себе, на Комсомольский проспект. Обычно Светка каждый вечер у него. Можно договориться, чтобы дверь она оставила незапертой.
– И Светку тоже? – спросил Савик.
– Свидетели нам не нужны, – сказал Директор. – Да и тебе тоже. Короче. Когда будет работа?
Савик смотрел прямо перед собой, он видел пестрый мохеровый шарф Директора и треугольник голой кожи между шарфом и небритым подбородком. Директор выше его на целую голову, Директор шире его в плечах, у него есть синий «Пассат», в котором он катает красивых хохочущих баб с волосами до самой жопы, Директор имеет власть над людьми – вот помешал ему какой-то Помидор, И он этого Помидора, конечно, уберет, он так привык.
Но зато с высоты своих метр семьдесят Савику отлично виден треугольный участок голой шеи над шарфом. Очень уязвимое место. И если не поднимать глаз и вот так смотреть, будто разговариваешь не с Директором, а с его шеей, то вполне можно говорить на равных.
Как минимум.
– Когда нужно? – спросил Савик.
– Сегодня, – мрачно буркнул Директор. Савик достал руки из карманов и переступил с ноги на ногу.
– Завтра вечером, – сказал он твердо. – Но если Светку придется валить, вы мне заплатите еще тысячу.
– Договорились, – кивнул Директор.
А когда Савик ушел, сказал Мазу:
– После дела сделай его. Тут особых способностей не понадобится. И специалистом большим быть не надо. Так?
– Так, – довольно кисло ответил Маз.
Утром Савик завтракать дома не стал.
Он поехал на Тверскую площадь, где поменял на рубли четыреста долларов из семисот. В первом же магазине купил себе дорогие зимние ботинки и теплую кожаную куртку. В кабинке он долго молча разглядывал себя в зеркало, хмурил и без того неприветливую физиономию. Потом купил меховую кепку с коротким козырьком. В ней лицо его приобрело значительность и подобающую случаю мрачность.
Потом Савик зашел в модное кафе «Семь пятниц» и позавтракал там.
