А по факту вышло, что накаркал. Практически во всем.
И в том, что мне нужна помощница, — а на Лену сейчас перекинулось больше половины обязанностей Натальи, плюс прибавились те, которые вытекали из создавшейся ситуации, — и в том, что банальное увлечение начало прорастать в более глобальное чувство.
Что со всем этим делать дальше — я уже не знал. Я банально не хотел отпускать ее от себя, ревнуя, как идиот, к каждому столбу.
Букет от Алекса стал для меня, как красная тряпка для быка. Именно тогда я чуть было не потерял тормоза, понимая, что я не один-единственный мужчина на свете и Лена вполне может купиться на дешевые ухаживания местного мачо.
Который еще ни разу не пропустил ни одной юбки в офисе.
Ладно, утрирую. Не до такой степени. Но все же!
Я выдохнул колечко белого пара в морозный воздух. Снег практически перестал идти, лишь изредка одинокие снежинки появлялись в зоне видимости.
Стряхнул их с капюшона, чтобы не заносить лишнюю влагу в дом. Огляделся еще раз, чувствуя, как начинают замерзать ноги в домашних тапочках и направился обратно.
До спальни я ковылял принципиально долго, заглянув по дороге на кухню. Выпил стакан воды, пытаясь не думать о предстоящей ночи. О каком сне вообще идет речь, когда рядом со мной будет спать молодая сексуальная желанная женщина?
И плевать на то, что она беременна от другого. Я вообще не воспринимал всерьез ее положения. Возможно потому, что внешне это никак не проявлялось.
Остановился на пороге комнаты, прислушиваясь к звукам из-за двери.
Судя по тишине, Лена либо уже спит, либо…
Не-ет.
Чушь!
Вряд ли она ждет меня для продолжения вечера.
Вряд ли.
Но провести ночь вместе со мной ей все-таки придется.
И кто знает, возможно, именно она станет точкой отсчета наших новых отношений, приближая меня к полной победе.
Я толкнул дверное полотно, решительно шагая внутрь. Из освещения горела только приглушенная подсветка. Глаза не сразу привыкли к мягкому полусумраку, пытаясь различить предметы.
Зажмурился на секунду, пытаясь перестроить зрение, а когда разлепил веки, то первое, что попало в зону внимания была крепко спящая девушка в розовом шелковом халактике.
Одеяло сползло в сторону.
Черты лица расслабились, придавая облику действительно невинное ангельское выражение.
Если бы еще я мог быть уверенным, что это не лживая маска, что ты — настоящая, Леночка…
Она заворочалась, скидывая с себя остатки одеяла. Одна лямка сползла с плеча, оголяя сливочную кожу и часть груди.
