Было такое? — дернулся в легкой улыбке уголок его губ.
— Не знаю. Не помню. Может быть, — пожала рассеянно плечами.
— А я хорошо запомнил. На всю жизнь. В тот вечер, когда возвращался домой, я попал в аварию. Да-да, в ту самую последствия которой до сих пор аукаются. И в самый последний момент, когда понял, что мне конец, я не вспомнил ни маму, ни других близких родственников, перед глазами не мелькали кадры прошлого, как у некоторых. У меня в голове баннером вспыхнули твои слова, твой взгляд, твое лицо, когда ты желала мне узнать каково это.
Лететь в пропасть без возможности что-то изменить. Именно в тот момент я внезапно ощутил, что безумно хочу жить. Что отдал бы все ради того, чтобы еще хоть немного задержаться на этом свете.
— Я не желала тебе смерти, — попыталась оправдаться.
— Я знаю. Но ты помогла мне увидеть разницу в приоритетах. А еще благодаря аварии мне все же пришлось менять свои привычки, распорядок дня, даже лечиться. И здесь не прошло без твоей помощи. Если бы ты не настояла, не проконтролировала процесс выздоровления, я опять мог бы пустить все на самотек.
А так… Нет худа без добра. Недавно я прошел повторное обследование. В том числе и на фертильность. Я не верю в чудеса, хотя то, что происходит со мной в последнее время иначе не назовешь. Но анализ показал, что… — Он улыбнулся открыто, искренне, с счастливым блеском в глазах. Отчего даже у меня на душе потеплело, — у меня есть практически все шансы заделать еще кучу детишек помимо того, который скоро появится у нас.
Надеюсь, ты не против?
— Я? — растерялась, ощущая, как внутри дивным цветком распускается надежда.
Как дает корни и оплетает меня плотным кольцом.
— Ты ведь подаришь мне сына? Или дочь? Или еще лучше — двойню?
— Я… не знаю, — теряясь, как девчонка на первом свидании. — Глеб…
— Я люблю тебя, — внезапно перебил он, становясь серьезным. — Очень. И я не могу тебя отпустить. Помнишь сказку ""Аленький цветочек""? Где чудище говорил ей, что он умрет, если она не вернется? Так вот я как это чудище.
Не выживу без тебя.
Забарский взял мою руку, нежно поглаживая с тыльной стороны ладони и поднося к губам. Касаясь едва ощутимым поцелуем и прижимая ее к щеке.
Замолкая на добрых пять минут.
Давая мне время подумать. Принять решение. Определиться.
Даря целительную тишину, в которой два сердца бились в унисон.
Я чувствовала, как горячие слезы обжигают щеки, как бегут солеными дорожками по лицу. Смываются все страхи, сомнения и в душе наступает весна.
