Я даже засомневалась — узнал ли?
Но уже через пару минут забыла о мимолетной встрече, приближаясь к приемной стойке.
Рядом с кабинетом Глеба стояла высокая стройная девушка. Даже слишком стройная.
Вблизи я бы назвала ее костлявой.
Тонкие худенькие руки, узкие плечи, плоский живот, да и грудь как у подростка.
Она мило болтала с Натальей, перекидываясь шутками и периодически понижая голос.
— Добрый день. Договор с подрядчиком и утвержденный отчет, — положила я на стол папку с бумагами.
Наталья замолчала, с интересом уставившись на меня и переглядываясь с незнакомкой.
— Добрый, — довольно растянула губы в улыбке.
— Это она? — поворачиваясь ко мне и окидывая оценочным взглядом с головы до ног, прямо спросила девушка.
Тем самым выдавая тему их недавнего разговора.
Я тоже развернулась к ней в анфас.
Шатенка. Правильные черты лица, красивый разрез глаз, прямой нос. Пухлые губы как с рекламы губной помады, высокие скулы, длинный волос ниже поясницы.
Брендовая одежда.
Я никогда не видела вживую моделей, но если бы меня спросили как они выглядят, я бы с уверенностью ткнула в незнакомку.
— Это я, — с вызовом бросила незнакомке.
— Познакомься. Личная помощница Глеба Анатольевича по всем вопросам, — с издевкой в голосе произнесла Наталья, делая упор на слове ""личная"". — А это Вера. Девушка, хотя, наверное, правильно будет сказать невеста нашего босса?
Вначале новость о том, что я не беременна, теперь вот любимая Глеба вернулась.
Одна новость хлеще другой.
Шатенка жеманно повела плечом:
— Я бы не стала так забегать вперед. Остановимся на эпитете ""любимая"". Он мне больше нравится, — протянула она мелодично. — Сколько событий произошло пока меня не было. А всего-то слетала на съемки в Милан. Вот так оставишь мужчину одного, а он и в аварию попасть успеет, и домашним питомцем обзаведется.
Камень был явно кинут в мой огород.
Наталья с предвкушающим выражением лица следила за моей реакцией, ожидая капитуляции.
Только я была сейчас не в том состоянии, чтобы молчать и глотать оскорбления. Слишком много невеселого упало на мои плечи.
Поэтому, невинно хлопая глазами, выпалила:
— И интерес к лошадям потеряет. — А после добавила сочувствующим тоном: — Как все-таки рискованно летать заграницу.
На минуту в приемной воцарилось молчание. Девушки переглянулись между собой, не сразу догоняя смысл услышанной фразы. А когда дошло, Веру аж перекосило в лице.
