Это неприлично и неудобно!
- Ты так думаешь?
- Конечно, это неприемлемо, лорд. Вы не можете спать в кресле в комнате незамужней девушки.
- А, знаешь, ты права.
Дракон оставил в покое мою мебель. Вместо этого он обошёл кровать и замер за ней. Послышался звук падающих сапог."
"- Лорд? - не удержавшись, я села, прижимая к себе одеяло. - Что происходит?
- Ничего, розочка. Ты спи.
- Но! Но вы снимаете рубашку... о богиня! Зачем вы раздеваетесь?
- Собираюсь спать.
- Где?
- Рядом с тобой.
- Но это... Это. О богиня! Моей репутации конец!
Усмехнувшись, он откинул на стул рубашку и увалился на кровать, пристраивая рядом с собой меч.
- Ничего переживёшь, - отмахнулась от меня эта несносная ящерица.
- Лорд Дьярви, - взревела я драконом, - вы... вы... вы... Это недопустимо!
- Роза, не повторяйся. Уймись и спи, - недовольно проворчал он.
- Но это неприлично.
- Неприлично, малышка моя, - это, когда твою невесту воруют из постели. Неприлично -это, когда она со связанными руками бродит одна по лесу в компании сомнительно кота.
Вот это действительно неприемлемо. А провести ночь с девушкой, которая носит твой брачный браслет - это мелочь.
Между нами повисло тяжёлое молчание.
- Вы не узнали его, ведь так? Не признали подаренное вами же украшение.
- Признаю, я не смотрел, что отправлял безликой Розанне Моргей. Но своей красавице Розе я подарю лучшее, что у меня есть. А сейчас, наконец, ляг и спи.
Мне пришлось подчиниться. Я остро ощущала его присутствие рядом. Он задевал меня руками, я слышала его дыхание.
Тепло огромного мужского тела.
Глава 28 Дьярви
Я еле дождался, пока она заснёт.
Маленькая моя скромница. Она лежала на боку, даже во сне прижимая к груди ладони. Столь нежное создание, и моя.
Меня распирало от желания обнять её и прижать к себе. Как же удачно всё вышло.
Когда Владыка поймёт, что подарил мне не бракованную ведьму, а мою избранную, сгрызёт свой хвост от досады.
А проклятье... да и псы с ним.
Да я очень хотел сыновей. Мечтал о них. Но если не суждено, значит, так тому и быть.
Я жаждал получить эту женщину: мечтал задрать подол этой нелепой скромной ночной рубашки, раздвинуть эти стройные ножки и познать её сладость, услышать её хриплые стоны страсти и шёпот.
Но это не любовь.
Всего лишь похоть.
Мой зверь тихо заворчал на меня, но я не пожелал его слушать.
Я лежал в одной постели с самой соблазнительной красавицей и не смел прикоснуться к ней и пальцем. Это раздражало.
Сев, осторожно убрал огненные локоны с её лица.
