Я техник… механик… Тачками занимаюсь.
— Ммм.
Доливает мне тёплого вина в бокал. Двигает столик с фруктами и конфетами ближе. Ещё один такой долгожданный поцелуй на запястье…
— Я позвоню. Не провожай, я захлопну.
Глава 30 — Неловко
Как это произошло?
Я смотрю на огромный стильно растрёпанный букет чайных роз на моём открытом окне.
«Ты будешь мамой, Лера. И это прекрасно… Хорошо, что ты сказала».
Ещё один поцелуй, оставленный на моих голых теперь пальцах…
В прострации пытаюсь ещё раз переварить этот факт.
Я не одна. И должна позаботиться о моём маленьком.
«Дети — это хорошо. Много детей — ещё лучше. Мы всё это можем себе позволить, поверь».
И вот так, не сказав ни слова ни за, ни против, я автоматом оказалась согласна принимать внимание Георга. И… я не знаю, что чувствую на этот счёт. Я не могу себя понять.
Вот так парой фраз и настойчивой заботой меня забрал совершенно посторонний мужчина.
Может, это и правильно? Почему я должна совершенно одна проживать все эти угрозы мне и моему малышу со стороны этого подонка и отца с мачехой? Куда-то бежать беременной, прятаться, выживать! Когда есть достойный мужчина, который готов с радостью принять и укрыть от всей этой грозы нас обоих!
Но как же быть, если я не люблю его?
Но ведь уважаю! Георг внятно озвучил, что любви и не ждёт.
И просил просто не сопротивляться его попыткам сделать мою жизнь приятной.
Ох…
И, возможно, меня бы мгновенно накрыло, если бы он себе что-то позволил. Но он не позволяет. И у меня нет повода переиграть моё молчаливое согласие на его предложение заботиться обо мне.
Да я и не хочу!!! Назло ЕМУ не хочу!
В груди сводит от обиды на человека, которого я любила. Вероломный циничный скот! Не буду больше его вспоминать.
Но как не вспоминать, когда, несмотря на все обиды, всё время ловлю себя на том, что молюсь, чтобы отец не пустил ему пулю в лоб! Да, он хотел пустить эту пулю в меня. Но я не он, и смерти ему не желаю."
"Сажусь на кровати, взбивая спутанные волосы.
Надеваю новый шёлковый халат, что материализовался в маминой комнате. Прислуга здесь появляется и исчезает незаметно. Своей я эту комнату не воспринимаю. Присаживаюсь к трельяжу и беру в руки расчёску…
Тихий стук в дверь.
— Лерочка, можно?
— Да, конечно… — запахиваю халат чуть плотнее.
В шёлковых брюках в цвет моему халату… с голым торсом… В отражении мы смотримся, как респектабельные супруги…
Господи… Я теряюсь от горячего неловкого чувства.
