Подсознательно, когда он рядом, чувствуешь себя защищённой. Так и должно быть с настоящим мужчиной. Но… Этот мужчина не мой.
Утром, когда пришла в себя, я поговорила с врачом и позвонила Владимиру. Мне хотелось поскорее покинуть клинику и не встречаться с Романовым. Его присутствие вызывает ломку. А я ещё не переболела этим мужчиной, меня по-прежнему ломает. Особенно по ночам, когда хочется забить на гордость, принципы и мораль. Хочется звонить ему и просить приехать. Хочется дышать им, чувствовать и плевать, что там творится в его реальности.
Но я запрещаю себе это делать, нужно перетерпеть и меня отпустит. Иногда я его ненавижу за то, что ворвался в мою жизнь и все в ней перевернул. Никто не давал ему такого права! Только он не спрашивал, а просто брал и я с удовольствием отдавала.
Я могла бы вызвать такси, позвонить подруге, отцу, кому угодно — только бы не ехать с ним. Но я, словно мазохистка, дышу этим мужчиной, обещая себе, что последний раз. Правильно будет рассказать ему о последствиях нашей последней ночи, я даже открываю рот, но ничего не произношу.
Так, наверное, нечестно по отношению к Романову, он имеет право знать. Но… я не хочу. Что изменится, если он узнает, что я беременна? Из любовницы я превращусь в содержанку? Или он бросит жену и будет со мной? Нет, такого не будет… И уже не только я буду на вторых ролях, но и мой ребенок. Это в лучшем случае, а в худшем, не думаю, что Романов, как успешный бизнесмен, и безупречный семьянин, может позволить иметь на себя такой компромат.
Скорее всего он захочет избавиться от ребенка…
Я узнала, что беременна, сегодня утром и буквально молила доктора не рассказывать об этом Романову. Это был не просто шок — мир перевернулся. Я мечтала о семье и детях, но не при таких обстоятельствах. В первые минуты мне стало страшно, и я сама грешным делом подумала об аборте. А потом рыдала и ругала себя. Ребенок не виноват."
"Мне страшно остаться одной, но жить на вторых ролях я тоже не хочу. Пусть я поступаю неправильно и нечестно, но Романов не узнает об этом ребенке.
Я хочу, чтобы он любил меня, чтобы поставил меня и моего ребенка на первое место, я эгоистично хочу быть единственной.
Я самодостаточная и сильная женщина. И смогу дать своему ребенку все необходимое и надеюсь, что у меня хватит тепла и любви. А сейчас мне просто хочется смотреть на Романова и мысленно представлять, как бы он отреагировал на то, что я жду нашего ребенка и одновременно молить бога, чтобы он ничего не узнал.
