Если Владимир прав, то получается Глеб каждый день ложится в постель с женой, а раз в неделю изменяет ей со мной…
— Я понимаю, что это больно, но лучше один раз увидеть, чтобы запомнить это навсегда, — уже спокойно произносит Владимир, начиная массировать мне плечи. А я ничего не чувствую, я смотрю на уже жухлые серые листья и вспоминаю все наши с Глебом беседы.
— Зачем ты это делаешь? — тихо спрашиваю я, потому что голоса совсем нет, по телу разливается разочарование, такое едкое, липкое и мучительное.
— Затем что не желаю тебе такой участи.
Ты достойна большего, чем просто временная любовница.
— Значит, из благородных побуждений, — горько усмехаюсь я, сжимая подлокотники кресла.
— Стеша! Я тебе не враг, — он сильнее сжимает мои плечи, но я веду ими, избавляясь от его прикосновений. Встаю с кресла, распахиваю окно и глубоко вдыхаю холодный осенний воздух. Достаю из сумочки сигарету, прикуриваю и травлю себя никотином, выпуская струйку дыма в окно.
— Бери пригласительные. Я хочу убедиться лично, — говорю Владимиру и глубоко затягиваюсь, чувствуя, как сдавливает грудь.
Не хочу делать никаких выводов, не хочу никого обвинять — хочу видеть все своими глазами. На моем столе вибрирует телефон, перевожу взгляд на дисплей и усмехаюсь, когда понимаю, что это звонит Романов.
— Оставь меня, пожалуйста, — прошу Владимира. Он кивает, целует меня в щеку и покидает кабинет. Телефон прекращает вибрировать, а я стираю с лица поцелуй Володи. Нет, он мне не противен, просто не хочу сейчас прикосновений.
Сигарета тлеет в моих пальцах, пепел срывает ветром, врывающимся в окно. Выкидываю окурок, опираюсь на подоконник и подставляю лицо холодным каплям дождя. Ну и что со мной не так? Неужели я гожусь только для развлечения? Я похожа на шлюху?!
Вздрагиваю, когда мой телефон снова вибрирует и отвечаю на звонок.
— Добрый день, Стефания, — как всегда, по-особенному произносит Глеб. И по моему телу идут мурашки, но уже не от восторга… Холодно.
— Привет, — спокойно отвечаю я.
Хочется прямо сейчас спросить у него на напрямую. Пусть скажет, что все не так, как преподносит мне Владимир. Но я кусаю губы вслушиваясь в его голос. — Спасибо за цветы, они очень красивые, — пытаюсь говорить ровно, но голос предательски сипнет.
— Что с голосом?
— Горло немного болит. Но все хорошо.
— Хорошо? — переспрашивает он, словно чувствует, что я лгу.
— Да.
— Извини, я не смогу приехать сегодня на обед, — с сожалением произносит Глеб.
