Окна камеры выходили в сторону площади, на которой обычно оглашались все королевские указы, там же приводились в действие приговоры. О чём галдели, было не разобрать. Принцесса подошла впритык к окну, напряжённо вслушиваясь в разговоры. Но к тюремным окнам никого близко не подпускали, поэтому она чётко слышала лишь, как караульный идёт то в одну, то в другую сторону вдоль стены.
Внезапно раздался резкий звук фанфар, предшествующий выступлению глашатая, который зачитывал королевский указ. Лиссандра запрокинула голову назад, до ломоты в шее, вслушиваясь в громкий, хорошо поставленный молодой голос.
— За сим указом Аугусто Наурийский слагает с себя корону и приносит вассальную клятву королю Вайтэрда Харольду Вульфрику. За ним сохраняется герцогский титул и права регента Срединных землях. Его наследники отныне не имеют прав на престол. За ними закрепляются права, равные их титулам, часть земель, о чём каждому будет донесено отдельным указом. Королевский замок переходит в собственность казны Вайтэрда.
Глашатай ещё дальше зачитывал текст указа, но Лиссандра его уже не слушала. Сердце в груди запрыгало пойманной птичкой, и девушка качнулась, прислоняясь горячим лбом к холодному камню.
Подобного решения от короля Вульфрика она не ожидала. Он же изначально не собирался делать ничего подобного! Неужели… Додумать Лисса не успела, дверь за спиной заскрипела, и в комнату вошёл давешний седой воин. Мужчина был крупным, и в маленькой комнатке сразу словно не осталось места. Здесь и так было дышать тяжело, а с его присутствием стало ещё хуже.
Девушка с трудом сглотнула. Ей снова сильно хотелось пить, но никто не позаботился об удовлетворении такой первоочередной потребности.
— Миледи, прошу за мной, — сухо отдал распоряжение воин и вышел, придерживая рукой дверь.
Принцесса сдвинулась со своего места не сразу. У неё было такое чувство, что сделай она шаг, и мир вокруг больше никогда не будет прежним. Но слабость длилась всего пару секунд. Расправив плечи, девушка гордо последовала к выходу, не сбиваясь с шага, превозмогая дергающую боль в мышцах и в наливающихся синяках.
Они шли молча, пока не поднялись по каменным узким ступеням на первый этаж её родного замка, в котором Лиссандра знала каждый закуток. Поэтому она легко сориентировалась, куда её ведут. В тронный зал."
"Просить воина о чём-то не хотелось, но девушка чувствовала себя отвратительно грязной, да и зловонный запах каземата въелся в одежду и волосы.
