Дружба с братом Предателя?
На мгновение перспектива дружбы с Рэйеном показалась Анвен очень заманчивой, хотя бы чтобы позлить Тига, но тут она сообразила, что подобные отношения предполагают доверие, а она не может доверять ни Предателю, ни его брату.
– Вижу, ты сомневаешься, – продолжил Рэйен. – Позволь доказать, что мои намерения серьезны. Задай мне какой-нибудь вопрос.
Такую возможность Анвен упустить не могла.
– Любой вопрос?
– В рамках разумного, конечно.
– Правда ли, что вы молитесь шесть раз в день? Что-то я не заметила никого, кто делал бы это так часто.
– А! Вижу, что ты переговорила с моей тетушкой. – Он предложил ей руку. – Тебе холодно? Хочешь вернуться?
Анвен в самом деле замерзла, но не спешила возвращаться в замок. Она и так слишком много времени просидела взаперти. Подчеркнуто проигнорировав его руку, она приподняла свои юбки.
– Должен признать, я несколько удивлен тем, какой вопрос ты выбрала, принимая во внимание обстоятельства.
Рэйен зашагал по двору, намереваясь обойти его по периметру.
– Я же не дурочка, чтобы выпытывать о слабых местах Гвалчду или о причинах, побуждающих лорда Тига удерживать меня здесь. Я не ожидаю, что вы мне доверитесь, как и сама не доверяю вам.
Губы Рэйена изогнулись в улыбке. Он кивнул.
– Похоже, мне придется попотеть, чтобы завоевать твое доверие.
– Так вы расскажете о вашей тетушке?
Прогулка по двору замка продолжалась, но Рэйен больше не предлагал Анвен руки.
– Никто так часто не молится. Люди Тига делают это в разное время суток, так что кто-то всегда остается на посту.
Такое положение дел Ффайон вполне устраивает.
– Она всегда была такой фанатичной?
Рэйен удивленно вскинул бровь:
– Нет, не всегда. Когда мне было около десяти лет, меня отправили ко двору короля Эдуарда, а вернувшись, я почувствовал в тетушке надлом, которого не было прежде.
– О вас она отзывается с большой любовью, – неохотно призналась Анвен. – Для нее вы образец всяческих добродетелей, а вот о лорде Тиге она не такого высокого мнения.
Рэйен ускорил шаг.
– Знаю. Мне кажется, это потому, что Тиг слишком сильно похож на нашу маму, леди Элин. Они были сестрами, и Ффайон очень ее любила. Ее смерть, должно быть, стала для тетки тяжким ударом.
– И потому она ушла в монастырь?
– Мне это неизвестно. Она вступила в доминиканское аббатство неподалеку от Лондона, что, похоже, не очень-то было ей по вкусу, хотя так она могла быть подле меня. В Гвалчду она вернулась, когда я зарабатывал себе шпоры[2] на военной службе.
