– Рэйен, ты нужен Питеру на конюшне, – сказал Тиг.
Дружелюбное лицо его брата тут же посуровело, и он поклонился Анвен.
– Ну конечно, как я мог забыть! Прошу меня извинить.
Озорной блеск в глазах Рэйена встревожил Анвен куда сильнее, чем мрачность Тига. Как будто ему известен некий секрет. Но какой? Неужели Тиг велел ему убираться прочь, чтобы остаться с ней наедине?
Силясь преодолеть волнение, Анвен вслушивалась в звук удаляющихся шагов Рэйена, и сердце пойманной птицей колотилось у нее в груди. Садиться Анвен не хотела, но ноги отказывались держать ее.
– Достаточно ли ты здорова, чтобы ответить на несколько вопросов? – спросил лорд.
– Зависит от того, ответите ли вы на мой вопрос, – парировала Анвен.
Тиг прищурился, глядя на нее, но в следующее мгновение сделал знак слугам, и те внесли два графина с вином, хлеб и фрукты и разместили все это на столе.
– Давай сначала поедим, а вопросы оставим на потом.
Необходимость поесть явилась отличным предлогом сесть туда, куда он указал, что она и сделала.
Теперь можно не волноваться о том, что упадет в обморок. Нужно просто вытерпеть пристальное внимание Тига и платить ему тем же. Но стоило ему сесть на стул напротив, как что-то изменилось. Вопреки всему Анвен снова почувствовала себя обнаженной и незащищенной. Уязвимой. Более того, посетившее ее желание вернулось.
– Почему меня держат в плену? – спросила она немного хриплым голосом.
– Ты не пленница. Охрану я приставил ради твоей же безопасности. Или ты считаешь, что совершила что-то дурное, за что тебя действительно следует запереть?
– Как я могла совершить что-то дурное, ведь я много дней просто лежала и спала?
Губы Тига изогнулись в самодовольной улыбке.
– Думаю, нам следует обсудить то, что ты делала до падения с дерева.
– Что вы имеете в виду? – Ее прошлая жизнь его совершенно не касалась. Если лорд не хочет, чтобы люди приходили в его владения, незачем было сманивать лучшего кожевника в округе.
– Ты из Брайнмора, – сказал он.
Анвен едва удалось скрыть удивление.
– Да, я там родилась.
– Итак, ты признаешь, что живешь в доме валлийского князька?
– Не понимаю, о чем вы. После войны титул «валлийский князь» перестал существовать. Мы все теперь англичане.
– Но ты признаешь, что в прошлом Брайнмор выступал против короля? – стоял на своем Тиг.
– Это с какой стороны посмотреть. Ваш собственный замок можно с той же легкостью назвать враждебным.
– Так мы с тобой враги? – Тиг поднялся со стула и заложил руки за спину.
