Он ответил, что тогда попросит у нее разрешения на брак и что она обязательно его даст. Мне подумалось, что тут он прав. И тогда я поняла: нужно бежать из Вулфборна, бежать во что бы то ни стало. Выждала, пока он собрался на двухдневную охоту, и скрылась. И конечно, не ожидала, что меня застигнет буря.
— Погода здесь, на границе, изменчива, — пояснил лэрд.
— Повезло, что вы меня нашли.
— Но если вы не можете ехать к королеве Маргарите, что будете делать?
— Останусь в Данглисе, милорд. Пожалуйста, разрешите мне… я вам пригожусь.
— В самом деле? — спросил лэрд, изогнув густую черную бровь. — И в каком качестве вы можете мне пригодиться Аликс Гивет?
Он медленно оглядел ее, и Аликс покраснела от такой откровенности.
— Ваша дочь растет, а ее няня слишком стара. Фионе необходимо узнать многое из того, чему ее может научить только леди. У вас нет ни жены, ни родственницы. Как вы хотите подготовить дочь к замужеству? — откровенно спросила она.
— Но чему вы можете ее научить? — удивился он.
— Фионе нужно уметь читать, писать, складывать и вычитать, чтобы управитель не смог ее обмануть.
Ей следует знать французский, потому что в один прекрасный день она может отправиться ко двору. Уметь шить и вышивать. Ее манеры за столом, и не только, ужасны, и их необходимо исправить. Выйдя замуж, ей придется управлять домом и слугами, лечить всяческие болезни, которые могут постигнуть и слуг, и жителей Данглиса. Ее старая няня не может ничему ее научить. А вот я могу. Кроме того, я знакома с искусством целительства, потому что мой отец был врачом.
Пока Фирна не вырастет настолько, чтобы вести свой дом, вы нуждаетесь в ком-то вроде меня.
После долгого раздумья лэрд сказал:
— Вы привели веские доводы, Аликс Гивет. И я уже видел, как вы обращаетесь с моей дочерью. Фенелла утверждает, что вы понравились Фионе. Но захотите ли вы остаться здесь? Я простой приграничный лорд, не более того. Здесь нет ни балов, ни особого веселья. И жизнь здесь самая обычная.
— Я всем буду довольна, милорд, — заверила Аликс.
— В таком случае я буду платить вам двенадцать серебряных пенни ежегодно, в Михайлов день выдавать ткань на два платья и две камизы, и каждый раз, когда захотите прокатиться верхом, можете брать кобылу из конюшни. Спальня, в которой вы сейчас живете, останется за вами. И обедать будете за высоким столом. Все это в обмен на ваши услуги. Подходят вам такие условия, Аликс Г ивет?
— Более чем, — честно ответила она, облегченно вздохнув.
