Если она придет в себя, сразу поймет, что мы не бросили ее, тем более что рядом будет собака. Шеп, останься, — приказал он колли и тут же вышел.
Робби выполнил приказ отца: придвинул табурет ближе к топчану и положил на него две лепешки и свою флягу. Девушка крепко спала, и, вероятно, проспит, как сказал отец, несколько часов. До чего же она хорошенькая, подумал он.
Немного полюбовавшись незнакомкой, Робби поспешил к отцу, и они вместе погнали стадо лохматых коров. Предстояло пройти несколько миль до зимнего выпаса, а ведь снег продолжал падать…
Пока Робби загонял животных на огороженное пастбище, Джок отправился на поиски хозяина.
И нашел его в парадном зале, где тот завтракал. Рядом сидела его маленькая дочь, и лэрд ей улыбался. Джок не помнил, когда в последний раз видел улыбку господина. Ободренный, он прошел через зал, остановился перед высоким столом и стал терпеливо ждать, пока Малькольм Скотт его заметит.
— Благополучно привел стадо, Джок? — спросил наконец лэрд своим низким, чуть хрипловатым голосом.
— Да, всех до единого, можете пересчитать, господин.
— Хорошо, — обронил Малькольм, снова поворачиваясь к малышке.
— Господин, на вересковых пустошах произошло кое-что, о чем вы должны знать, — начал Джок.
Лэрд поднял голову и устремил на пастуха мрачный взгляд темно-серых глаз.
— Мы нашли девушку, господин, — продолжал Джок.
— Девушку? Под открытым небом? В такую бурю? — удивился лэрд.
— Не могу сказать точно, господин, но, похоже, девушка путешествовала одна и пешком и была застигнута бурей, точно как и мы.
Но она догадалась вовремя спрятаться меж двух коров и только поэтому не погибла. Робби и собаки нашли ее, когда мы утром пришли отгонять стадо домой.
— Где она сейчас? — поинтересовался лэрд.
— Робби отнес ее в хижину на пастбище, где мы провели ночь, согрел виски с водой и дал ей. Она сразу же заснула, но подозреваю, что после такой ночи бедняжка серьезно заболела. Мы разожгли огонь, оставили еду и воду, а также собаку — охранять ее.
И поскольку сами шли пешком, ее не на чем было везти.
— Кто она? Назвалась? — резко спросил лэрд.
Пастух покачал головой:
— Нет, господин. Несчастная едва сознавала, на каком она свете. Может, мы возьмем телегу и привезем ее сюда?"
"— Сюда? Почему не в твой дом, где твоя жена сможет ухаживать за ней? Скорее всего она просто цыганка, которая отбилась от своих.
— Нет, господин, думаю, она леди, — живо отозвался Джок.
