— Последние несколько лет при дворе были очень беспокойны, — пояснила Аликс, — да и приступы безумия у короля участились. Бесконечные интриги сторонников Йорков, бесконечные сражения… К тому же мы постоянно опасались, что нас схватят. Королева особенно боялась за безопасность принца Эдуарда.
Она вздохнула.
— Потом умерла моя мать, одна из фрейлин королевы, приехавшая с ней из Анжу. Она никогда не жаловалась. Разве что на усталость… Отец знал: даже если увезти маму в Анжу, где жизнь куда спокойнее, она долго не проживет.
Все эти годы, когда она прислуживала королеве, сказались на ее здоровье. Мама умерла как раз до того, как мы были вынуждены бежать на север.
— Простите, — пробормотал Адам. — В войнах, которые ведут мужчины, страдают прежде всего женщины и дети. Вашего отца тоже больше нет, и вы остались сиротой, Мне сказали, что и ваш муж погиб.
— Господи! Когда слышишь, как вы все это перечисляете, понимаешь, что осталась совсем одна… — ахнула Аликс.
— Вы из тех, кто умеет выживать в любых обстоятельствах, и это прекрасно, мистрис Аликс.
Уметь выживать — тоже искусство. Вы уже стали любовницей вашего лэрда?
— Милорд! — негодующе воскликнула Аликс, но на щеках у нее полыхнул предательский румянец.
— Да, вы из тех, кто выживает, — рассмеялся Адам.
— Я, не из таких женщин… — начала Аликс, но Хэпберн покачал головой:
— Не из таких. Это сразу видно. Вы любите его. Но, как женщина мудрая, молчите. Он тоже вас любит. Недаром постоянно следит взглядом за каждым вашим движением.
— О нет, милорд, этого не может быть. Жена жестоко его предала. Он никогда не будет доверять женщинам.
Адам снова тихо рассмеялся:
— Какая очаровательная наивность! Ваш лэрд любит вас и когда-нибудь в этом признается. Тогда, малышка, вы будете по-настоящему счастливы.
— Такого не может быть, — прошептала Аликс.
После ужина королевские музыканты, рассевшиеся на маленькой галерее в дальнем конце зала, заиграли задорную мелодию. Аликс невольно стала притоптывать в такт.
— Мадам, позвольте пригласить вас на танец, — сказал Адам, обращаясь к королеве. Мария Гелдернская улыбнулась и захлопала в ладоши.
— Какая чудесная мысль! — воскликнула она и, встав из-за стола, спустилась вниз и повела за собой соседей.
Все встали в круг, взявшись за руки. К ним присоединились Дэвид Г рант и его жена. Вместе они повели хоровод — сначала в одном, потом в другом направлении, — после чего разделились на пары.
