Что могу, то и обещаю. Сумеешь проскользнуть, пока дверь открыта, – твое счастье. Ну, что думаешь?
– Вообще-то, вы меня еще в угол не загнали, если разобраться…"
"– Загнали, Антоша, загнали, – сказал Мазур скучным тоном. – Если поразмыслишь, согласишься с такой постановкой вопроса. Это у покойного Гвоздя опыт был хотя и богатейший, но насквозь специфический, здорово односторонний. Некоторых вещей он не мог оценивать во всей их полноте и сложности. Ты – совсем другое дело. Ты побывал в рядах, и не в стройбате – в десантуре… Армия и ее спецслужбы – это, Антоша, жутко.
Это дракон, большой и страшный, и если дракон получает приказ, он не умеет ни жалеть, ни отступать. Согласен, сейчас не советские времена, Россия давненько уже сидит голой жопой в дерьме, но это не меняет сути. Дракон бессмертен. Он был, есть и будет. Ты знаешь, я за тобой все это время довольно внимательно наблюдал. Ты молодец. Даже не пробовал танцевать, с пушкой на меня кидаться, хотя у тебя в столе наверняка есть вторая пушечка, ты несколько раз поглядывал на стол так, что сомнений у меня не осталось… А?
– Был бы ты один… – мечтательно протянул Ковбой.
– Но за тобой же хренова туча волков…
– Вот видишь, как благотворно действует на людей армия, – сказал Мазур чуть ли не умиленно. – Прививает объективный взгляд на мир и его сложности… Учит соразмерять свои силы с окружающей реальностью… А наши либеральчики слюной исходят в нападках на армейские порядки… Молодец, Антоша. В десятку. Дело даже не в том, что за мной – туча волков… Ты ж – десантура.
Значит, должен иметь некоторое представление о том, что такое спецназ. Сила наша в том, что мы стоим вне всех и всяческих законов. На нас не распространяются никакие Женевские и прочие конвенции, против нас все средства хороши, как против взбесившейся собаки… Сплошь и рядом, когда нам вытаскивают кишки и мотают их на плетень, жаловаться некому – ни участковому, ни правозащитникам, ни ООН. Но у этого положения есть и привлекательная, оборотная сторона. Нас как бы нет, мы не связаны ни моралью, ни законами… Понимаешь, что это значит для индивидуума, которым мы займемся? У него нет ни шансов, ни будущего, вообще ни хрена… Оно тебе надо?
– Ребята мои живы? – угрюмо спросил Ковбой.
– Да за кого ж ты нас держишь? – искренне возмутился Мазур. – Я же не зверь… Они там оба лежат за стойкой, малость обиженные, но целые и невредимые… Антоша, хватит толочь воду в ступе. У меня мало времени, над душой стоит начальство, результатов требует.