Приспускаю рубашку, чувствую, как охранник подходит ближе, прикасается пальцами к моей спине. Меня буквально выворачивает от понимания, что это чужой мужчина. Едва удается не вздрогнуть и не отскочить в сторону.
— Ничего… нет, — хрипло произносит он, но пальцы не убирает. Проводит чуть ниже, словно проверяет, но у меня голове резко взвывает сирена, что пора заканчивать. Отступаю и, накинув рубашку, оборачиваюсь к охраннику.
— Спасибо вам большое! Точно нет, да? А то ведь это может быть боррелиоз, и если вовремя его не распознать, то…
— Что здесь, мать вашу, происходит?! — раздается рык Мартына.
Он стоит рядом с беседкой. Парень тут же напрягается, вытягивается даже.
— Оказываю первую медицинскую помощь, — криво ухмыляется и бросает на меня странноватый взгляд. А у меня ощущение, что меня грязью измазали.
— Твой пост где?! — рявкает Мартын. — А ну пошел, пока я тебе яйца не открутил, идиота кусок.
Охранник быстро сваливает, а мы остаемся одни.
— То есть одного члена тебе мало, да? — прищуривается он.
— Решила хвостом перед молодняком покрутить?
Стискиваю зубы, не собираясь ничего ему отвечать. Молча поправляю рубашку и, обойдя Мартына, возвращаюсь в дом. Запираюсь в своей комнате, сползаю по двери на пол и так и сижу, закрыв лицо руками.
Вот что пыталась этим доказать? Какую глупость я сделала, понимаю только сейчас.
Ну, вот увидит или узнает об этом Марат, придет ко мне выяснять отношения, и что? Даст ли это что-то?
А если Мартын ему даже не скажет?
Мне до сих пор мерзко от того, как ко мне прикасался тот охранник.
И ведь не сделала ничего такого, но его липкий взгляд в конце… В итоге сбегаю в ванную и моюсь. Тру себя мочалкой, чтобы стереть воспоминания.
Ближе к вечеру мне приходит в голову мысль, с которой вообще-то следовало бы начать, но эта Виолетта выбила меня из колеи, спровоцировав на глупость.
Однако прежде чем идти искать Мартына, я несколько раз прокручиваю в голове то, что скажу ему. В конце концов самое логичное — попробовать с Маратом поговорить спокойно.
Раз Мартын что-то говорил о том, когда тот вернется, значит, в курсе дел своего босса.
Нужно просто по-человечески попросить.
Не найдя мужчину на улице, я иду в домик охраны. Туда я еще ни раз не заглядывала, так что мне слегка не по себе. Дверь не закрыта, а внутри почему-то никого. Захожу в одну комнату, в другую — тишина. Куда все подевались-то? Я уже собираюсь уйти, но взгляд цепляется за картинку на мониторе. Слишком знакомые движения и знакомое лицо.
