Но ночь ясная, а шторы не задернуты, так что лунный свет позволяет рассмотреть царевну.
Так и лежит, как я оставит. Видимо, и правда измоталась. Мысленно отмечаю, что надо бы ей потренировать выносливость. Если у меня так стоит на нее, то как только она окончательно придет в себя, секса у нас с ней будет много.
Хотя… сегодня тоже отлично вышло. Стоит только вспомнить, как член начинает твердеть, а яйца тянет.
В итоге ложусь рядом с Варварой. Разворачиваю полотенце и убираю его подальше. На хер. Хочу вот так — кожа к коже.
Зачем — стараюсь не думать. В конце концов, мой дом — мои правила. И одно из них — теперь она спит со мной и делает это голая.
Точка.
Я все еще помню, что девчонка себе на уме и что-то скрывает. Но рядом с ней улетаю буквально за считанные минуты. СЛовно вернулся туда, домой. В то время, когда мы жили с отцом вдвоем. Когда я знал, что есть человек, которому я нужен, и который будет рядом. Когда я был ребенком и был по-настоящему счастлив.
А вот утро мое начинается совершенно не по плану.
Для начала царевна удобно пристраивает свою попку мне под член, провоцируя послать планы пойти к Мартыну, и узнать, чего он накопал за ночь. Зная его, я был уверен — он вцепится в возможность раскопать хоть что-то зубами. То, как ко мне домой завалились чужие, поимев охрану, теперь будет точить друга еще долго. И плевать, что по сути его вины тут нет.
В общем, мысли мои уплывают сразу в определенную плоскость. Естественно, по утрам у меня и так регулярный стояк, а тут Варвара, которая жмется поближе, да еще и пахнет так, что само собой выходит подмять ее под себя.
Девчонка сонно ворчит, пока я пробираюсь к ее промежности. Чуть влажная, податливая.
Осторожно трогаю, мягко возбуждая женское тело.
С самого первого дня, как я ее попробовал, у меня на нее стоит жестко. Словно есть в ней что-то особенное.
— Марат, нет, — ворчит царевна. Пытается отползти, но хрена лысого. Она в моей постели, и я просто так не отпущу. Хочу ее. Хочу попробовать. Хочу засадить поглубже.
Снова пометить и присвоить.
Словно оголодавший набрасываюсь на ее шею, целую, прикусываю нежную кожу, от которой дурею, как наркоман.
— У меня все болит, — стонет царевна, пытаясь увернуться. Даже тормозит мои пальцы. Но вместо того чтобы ослабить ласку, в итоге крепче прижимает их к своим нижним губам, сама же попадаясь в эту ловушку.
Ухмыляюсь, продолжая добиваться своего.
— То есть ты не хочешь мой язык у себя между ног? — спрашиваю, скорее, чисто подразнить.
