Видно, Гофман требовал единообразия в одежде. И охранник – тоже в черном. Вопреки ожиданиям, он был один – здоровенный, угрюмый парень с пристальным взглядом, решительными манерами и квадратной челюстью, выдающей твердость характера. Крепкий орешек! Где же второй? Заболел? Или где-то в подсобных помещениях?
– Должен вас огорчить, молодой человек: материальной ценности сей предмет не имеет, – проговорил наконец Гофман, не прекращая осмотра. – Это обычное железо и окаменевшая смола…
– Не может быть! – ахнул Петр.
– Совсем недавно я показывал его ювелиру на Богатяновском спуске! Он сказал, что это белое золото и оникс!
– Акоп так сказал?! – Гофман поднял брови, лупа выпала, он едва успел ее подхватить и вернуть на место. – Очень странно… Вы можете подумать, что я вас дурачу! Но вот, смотрите…
Он извлек маленький пузырек с прозрачной жидкостью, осторожно откупорил и заостренной спичкой нанес крохотную капельку на блестящую поверхность перстня.
– Видите? Это кислота… Под ее воздействием любой металл темнеет.
Кроме золота! А теперь смотрите, вот, под увеличительным стеклом… Видите, появилось темное пятнышко? Значит, это не золото! И камень не блестит, не отсверкивает и не переливается, как положено отшлифованному драгоценному или даже полудрагоценному камню… Значит, что? Это не бриллиант и даже не оникс. Это обычная смо-ола-а…
– Но тот ювелир делал то же самое! И ничего не темнело… А камень сверкал и переливался!
Гофман печально улыбнулся.
– Извините, молодой человек, вы ведь сами все видите! К тому же я не предлагаю купить у вас эту вещицу по бросовой цене.
Тем более, что кроме материальной существует еще историческая ценность… Это, несомненно, антикварная вещь, раритет! Но с подобными вопросами надо обращаться не к ювелирам, а к историкам… Возьмите свою собственность!
Петр поспешно надел перстень. Сразу стало спокойней и теплее, как будто он оделся. И вернулась уверенность, которая не покидала его в последние дни.
– Что-то дымом запахло, – Гофман насторожился и сморщил нос, принюхиваясь.
– Да, точно… Ну-ка, Паша, посмотри в подсобках…
Встревоженный продавец скрылся в глубине магазина.
Входная дверь резко распахнулась.
– Пожар! Дом горит! – с порога заорал Пыжик. – Спасайся, кто может!
– Горим! – в унисон закричал худощавый парнишка, выскакивая из подсобки. За ним в зал повалил на глазах густеющий дым.
– Я за пожарными! – продавец метнулся к выходу и выскочил на улицу. Охранник бросился следом.
