Генрих и Вилли боролись с подступающей тошнотой.
– Вон тот, – указал Генрих на гроб у стены склепа. – На нем наружные замки… Помните – левый мизинец…
Медленно тянулись минуты.
– Есть! – раздался наконец долгожданный возглас.
Через пару минут один из рабочих протянул наверх руку со скомканной тряпицей. Вилли наклонился и брезгливо, но аккуратно ее взял.
– Держи, как договаривались, – сказал он и вложил в грязную руку несколько купюр. – Я даже добавил премию!
– Спасибо, гер Браун, – донесся снизу замогильный голос.
Вилли и Генрих вышли наружу.
– Ну, вот это и есть перстень Иуды, – произнес Вилли, развернув тряпку.
Братья смотрели на страшный «сувенир» из глубины тысячелетий. Никто из них не смог бы сейчас описать свои чувства. Может быть, растерянность и страх были главными…
– Поехали, дома разберемся, – скомандовал Генрих. Все трое быстро направились к маленькой калитке, выходящей на пустырь, где их поджидала конная коляска.
Добравшись до дома, они долго принимали душ и брызгались одеколонами, но все равно не могли избавиться от запаха склепа, который, казалось, намертво въелся в кожу.
Тем временем прислуга тщательно вымыла перстень в спирте и отполировала его мягкой фланелью.
Через час братья вновь расположились в кабинете фон Брауна, за столом, затянутым тяжелым зеленым сукном. В центре лежал перстень, он блестел, как новенький. Львиная морда загадочно скалила невидимые зубы. Черный камень казался бездонным глазом, гипнотизирующим каждого по очереди.
От него веяло неосязаемой угрозой. Может быть, поэтому никто не спешил взять его в руки и примерить. Братья молча рассматривали необычный предмет.
– Ну, и чьим он будет? – не выдержал Герман. – Отец, оказывается, обещал его каждому из нас. Если хотите, решайте между собой. Я ни на что не претендую.
Генрих взял перстень, хотел примерить, но у него ничего не получилось.
– Не лезет, – удивленно сказал он. – Вилли, попробуй!
Но и средний брат не смог украсить себя львиной мордой.
– Что-то маловато…
Оба посмотрели на младшего.
– Видно, тебе достанется отцовский подарок…
– Сдается мне, что вы просто боитесь гнева Господнего, – сказал Герман. – Ну, ладно, давайте…
Герман взял перстень, но он не наделся даже на мизинец.
– Странно! Как же его носил отец?
Братья удивленно переглянулись.
– Ведь у него была крупная рука и толстые пальцы…
Дверь открылась. На пороге стоял дворецкий.
– К нам пришел полицейский, – почтительно доложил он.
