И какая разница, что он подумает о дражайшем папочке!»
Часть шестая
Пилот фон Браун
Глава 1
Перстень с того света
1898 г. Берлин
Сегодня в огромной усадьбе промышленника Брауна было необычно многолюдно. В раскрытые кованые ворота по булыжной аллее то и дело въезжали конные экипажи и даже редкие еще автомобили Даймлера и Бенца, похожие на черные блестящие «браунинги». Сделав полукруг и остановившись за фонтаном у входа в огромный белый особняк, они разгружались, выпуская на мраморную лестницу хорошо одетых респектабельных мужчин и ухоженных, щеголяющих дорогими украшениями женщин.
Ничего удивительного, практически все члены этого известного семейства имели солидный вес в экономике или политике.
В просторном, украшенном рыцарскими доспехами холле и огромной гостиной чувствовалось оживление: смеялись дети, щебетали женщины, солидно переговаривались мужчины. Ароматы тонких парижских духов перемешивались с запахами сигар и трубочного табака. Семейство в полном составе собиралось редко и только по очень значимым поводам.
И сегодня такой повод имелся: прошло ровно пять лет с момента трагической гибели Фридриха фон Брауна, главы клана и фактического его основателя. Но скорбная дата не могла притушить радость встречи и родственного общения.
Впрочем, когда все двадцать семь человек уселись за длинным дубовым столом на поминальный обед, неуместное веселье смолкло и лица родственников приняли подобающее случаю печальное выражение.
Место во главе стола, за которым долгие годы неизменно восседал сам Фридрих фон Браун, на этот раз, впрочем, как и всегда после его кончины, пустовало. Когда официанты наполнили большие хрустальные бокалы красным рейнским вином, наступила тишина и взоры собравшихся устремились на тридцатилетнего Генриха фон Брауна, старшего сына покойного, который ныне как бы находился во главе клана.
Генрих взял искрящийся в свете электрического света бокал и неспешно поднялся."
"– Сегодня мы собрались все вместе, пожалуй, впервые за последние пять лет.
Увы, повод для такой встречи весьма печален: годовщина ужасной гибели нашего любимого отца, деда, свекра…
Генрих сделал скорбную паузу, пожал плечами и продолжил:
– Среди нас нет мамы, она так и не смогла пережить смерть отца. Этот большой стол без родителей мне кажется пустым…
Вновь наступила пауза.
– Трудно оценить всю тяжесть потери, которая постигла нас пять лет назад.
