Густая листва не давала разглядеть происходящее внизу, но Росянка ясно различила как минимум троих, и ещё кто-то рычал совсем не по-драконьи. Она прижалась ухом к дереву и попыталась через него узнать, что же там случилось. Однако, кто бы это ни был, дереву ничто не угрожало, а потому и не интересовало его.
– Ну же, Мандрагор! – выкрикнул один из драконов внизу. – Придуши её, что ли!
– Слишком быстрая! – прокричал другой в ответ. – Если бы она… давайте обратно… или…
– Можно я её просто прикончу? – завопил третий дракон.
– Мы уже должны быть дома и обед из неё варить! Пока он найдёт идеальную лозу в идеальном месте и сообразит, что делать, эта пантера умрёт от старости!
Ох, бедолага Мандрагор… Росянка не глядя могла сказать, что там происходит. Она повидала достаточно охот, на которые горемыку тащили его отец и сестрица.
– Оставайтесь здесь, – шепнула она остальным и легко скользнула вниз, осторожно пробираясь сквозь листву и избегая паутины. Потом быстро нашла место у ствола, откуда была видна земля, а её саму, если только не шевельнуться неудачно, надёжно скрывали огромные стручки-погремушки с семенами.
Теперь она видела, как Мандрагор беспомощно мечется по расчищенному пятачку, то хватаясь за кусты, то выпуская их без всякого толку. Отец и сестра наблюдали с нижних веток ближайших деревьев с одинаковыми скептическими гримасами.
За Мандрагором кралась пантера, с рычанием скаля зубы длиною больше его когтей. Под чёрной блестящей шерстью перекатывались тяжёлые мышцы. В Отравленных джунглях выживали только самые большие, сильные и жуткие звери, так что здешние пантеры разрослись до пугающих размеров.
Само собой, пугающих только драконов вроде Мандрагора. Росянка ни капли не боялась, наоборот, именно она добывала хищников для каждого большого праздника.
«И как они посмели доверить это Мандрагору? – взъярилась она. – Устраивают праздник без меня? Им всё равно, куда я подевалась? Разве не я их драгоценная спасительница мира и всё такое?»
Не говоря о том, что последняя ссора с Белладонной прошла с большим размахом.
Выходит, мать, чтобы насолить дочери, решила устроить праздник для всего племени в честь сожжения Улья, и пусть пантеру добывает кто-то другой! Будто ей всё равно, участвует Росянка или нет. Знает, конечно, что дочь в конце концов вернётся, всё равно больше идти некуда.
«А если бы я не вернулась… просто ушла бы…»
И невольно прикоснулась к мешочку с нефритовой лягушкой.
«Могла бы уйти. Белладонна даже не знает об этом.
