Огнешёлк Синя не обычное оружие, тут требуется согласие хозяина…
– Что это у вас? – нахмурилась Белладонна, озадаченно глядя на сундук.
Королева Секвойя отпустила очередного гонца и тоже обернулась, в её глазах мелькнула надежда, смешанная с недоверием.
– То самое противоядие, – кивнула Росянка, кладя лапу на крышку, – от «Дыхания зла». Боярышник жив, ваше величество… а его рассказ о причинах Древесных войн показался нам весьма любопытным.
Нервно хлестнув по бокам хвостом, королева глянула Росянке в глаза.
– Противоядие точно действует?
– Похоже, что так, – кивнула Росянка.
– Отлично действует! – в тот же миг воскликнула Сверчок.
– Оно называется «Сердце спасения», – добавил Мандрагор.
Королева тяжко вздохнула.
– Значит, мы сможем наконец искупить зло, которое причинили, – тихо пробормотала она.
Её слова прозвучали болезненным эхом собственных мыслей Росянки. Конечно, искупать свои преступления в первую очередь должны ядожалы, но Боярышник и Секвойя тоже совершили ужасное… хотя не все листокрылы виноваты!
Тогда, выходит, и ядожалов нельзя ненавидеть всех скопом, а только одну Осу – это вовсе не предательство своего племени, а справедливость.
Ядожалов надо избавить от власти злой королевы – вот кто настоящий враг, она и её управление разумом!
Росянка скинула ремни с плеч и освободила крышку сундука.
– Надо сложить эти корни на берегу как можно ближе к войску Осы и разжечь из них большой костёр, чтобы ядожалы вдохнули дым все одновременно. Будем надеяться, что это сработает. – Помолчав, она обернулась к Синю.
– Без огнешёлка всё сразу не загорится… поможешь?
– Да кто его будет спрашивать? – прошипела Белладонна.
– Я буду, – нахмурилась Росянка. – Синь не из нашего племени, и мы не имеем права им командовать – так же точно, как Оса не имеет права командовать остальными шелкопрядами! Чем мы лучше её, если станем его заставлять? Однако я очень надеюсь, что Синь сам решит помочь… это же не поджог улья, правда? Мы просто хотим освободить ядожалов, как и собирались.
Сверчок тронула шелкопряда крылом и обвила его хвост своим.
– Синь, пожалуйста, – шепнула она.
– Ну конечно, я согласен. – Он повернулся к королеве. – Только обещайте не вредить моим огнешёлком никаким драконам. Не надо ничего припрятывать, а потом поджигать ульи!
Белладонна с шипением хлестнула хвостом, и Росянке стало яснее ясного, что как раз это мать и собиралась проделать.
– Даю королевское слово, – кивнула Секвойя. – Белладонна… – в брошенном взгляде читался приказ.
