Сознание вмиг вытащило наружу все самые ужасные моменты последнего месяца, в горле встал ком отчаяния и обиды. Девушка отрицательно покачала головой, больше не ощущая мужских прикосновений. Кожа, до которой он касался, горела огнем, впрочем как и она сама. Ее словно разделили надвое, одна ее часть желала близости, прикосновений, вторая же яро отвергала хоть какой-то намек на вышеперечисленное.
Азарин сжал пальцы, а после положил уже раскрытую ладонь на Алёнкину спину. Это притяжение невольно сводило его с ума, не давало покоя.
Вся присущая ему сдержанность летела к чертям с ужасно высокой скоростью, а руки сами тянулись к ее телу. Его непреодолимо влекло к ней. Всякое понимание происходящего терялось в мареве густого тумана и было сейчас абсолютно ему неподвластно. Какие-то дикие инстинкты. Рефлексы.
Она говорит ему немое нет, но он продолжает ее трогать, гладить спину, плечи, слишком хаотично. Обводит ее губы большим пальцем, тянет за подбородок и не хочет слышать нет. Где-то глубоко внутри страшно опасается ее отказов, но она молчит.
Лишь приоткрывает губы, которых касается его язык.
Он поглощает ее рот, ощущая в ней потерю напряжения. Алёна становится мягкой, податливой, ее ладонь ложится ему на грудь поверх тонкого материала рубашки – обжигает.
– Я так не могу, – Алёна отстраняется, – прости.
Его руки все еще на ее теле, и кажется, он не готов отступить. Не хочет этого, не хочет, но прислушивается к ее словам. Соглашается с ней, но так нагло и самонадеянно целует вновь.
Обнимает крепче, ведет большим пальцем вниз, небрежно задевая ее напряженный сосок, и убирает руки. Перекатывается на спину, сгибает локти, устраивая ладони под свою голову.
Сергей слышит ее дыхание, видит боковым зрением, что она продолжает лежать рядом не шевелясь, , и прикрывает глаза.
Через минуту Азарин слышит шорох, а после чувствует, как она придвигается ближе, цепляется пальцами за его рубашку, устраиваясь где-то у плеча. Уголки губ мужчины приподымаются, он вытаскивает руку из-под шеи и обнимает Алёну.
– У тебя что-то случилось? – она спрашивает тихо, набирая в легкие больше воздуха."
"Сергей качает головой и смотрит в тускло освещенный потолок. В гостиной горит верхний свет на самой минимальной яркости.
– Не сегодня, – отрицательно качает головой, – слишком давно. Как ты себя чувствуешь? – поворачивается, касаясь женской припухшей скулы.
– Нормально, сейчас уже гораздо лучше. Я пойду, – садится на диван, – спокойной ночи.
