Холодный металл прошелся по женской щеке, спускаясь ниже, к ложбинке на груди. Мужчина дернул рукой, и материал платья расползся по разные стороны от соприкосновения с острым лезвием. Она смотрела на происходящее не моргая. Эмоции уже давно поглотил страх, жуткий, липкий страх, когда ты не можешь даже вдохнуть. Воздуха не хватало, а сердце было готово выпрыгнуть из груди.
– Уйди от нее, – пропитанный командным тоном голос позади подействовал на того, в чье лицо она неотрывно смотрела эти несколько минут, и мужчина нехотя отошел в сторону.
В глаза ударил яркий свет фонарика, и Алёна по инерции прикрыла лицо руками.
– Если ты будешь сговорчивой, то мы тебя отпустим.
– Что вы хотите? – Алёна сглотнула и перевела взгляд на того, кто минуту назад разрезал ее платье. Он стоял неподалеку, все так же без маски. У него было грубое лицо с широким подбородком и ярко выраженными скулами. Далеко посажены друг от друга глаза, а уродливая горбинка на носу говорила о том, что ему его не раз ломали.
– Владик сказал, что у него есть счет, который оформлен на тебя.
– Счет?
– Не притворяйся дурой. Если ты сейчас поедешь с нами и снимешь деньги, мы тебя отпустим.
– Я не знаю ни о каких деньгах.
Отрада помотала головой, нервно передергивая плечами.
– Я же говорил, что по-хорошему ничего не выйдет. Хватит с ней церемониться, – мужчина без маски вновь двинулся на Алёну, и в этот раз тот, кто светил в ее лицо фонариком, его не остановил, – иди сюда, сучка.
Отрада вжалась в спинку дивана, а когда он приблизился, подалась вперед, упираясь ладонями в каменную грудь.
Хотела оттолкнуть его, чтобы… чтобы что? Кто даст ей отсюда сбежать?"
"Ее сопротивление встретили громким смехом. Широкая ладонь сжала Алёнино горло и со всей силы впечатала ее в стену. В глазах мгновенно потемнело от удара головой, и она обмякла. Звуки стали тише, мужчины ругались между собой, оставив ее на полу. А после их крики сменились новыми, более громкими. Кажется, помещение наполнилось людьми. Алёна прищурилась, из последних сил замечая, как люди в пятнистой форме скручивают тех, кто привез ее сюда, по рукам и ногам.
Веки медленно прикрылись, и она лишь отдаленно слышала глухие звуки. Кажется, там были выстрелы, но она не была в этом уверена. А потом ей стало тепло. Твердая земля под ней исчезла, а на плечи упал мягкий материал, он окутал ее тело подобно кокону, и теперь ей вовсе не хотелось открывать глаза, несмотря на то, что кто-то так отчаянно просил ее это сделать.
