Азарин на секунды прикрыл веки и, немного от нее отстранившись, взглянул в голубые глаза.
– Отец умер, – ответил на ее вопрос, нахмурив лоб.
– Какой ужас, я соболезную, это…
– Это ничего для меня не значит. Он не был хорошим человеком.
– Но все же он твой отец.
– Который убил мою мать, – слова сами слетели с губ, и он раздраженно отпрянул в сторону.
Алёна замерла, растерянно смотря ему в спину. Услышанное не укладывалось в ее голове.
– Я не хотела, – единственное, что она смогла вымолвить.
– Ты не при чем.
Он замер у окна, убирая руки в карманы брюк. Ему не хотелось разговаривать и погружать ее во всю эту грязь тоже.
Сам не понял, почему сорвался туда, наверное, хотел лично убедиться, что это не ошибка, не обман, а реальность. Подписал какие-то документы и свалил все заботы с похоронами на своего человека. Оставалось только сказать Агате и сестре. Не сегодня, со всем этим он разберется завтра. В своих мыслях он не услышал шагов, лишь почувствовал прикосновения. Алёна прижалась к его спине, опоясывая корпус руками.
Ее губы коснулись его напряженных плеч. Поцелуи были горячими, обжигали через ткань рубашки.
– Пойдем спать? – прошептала, сильнее вжимаясь своей щекой в его лопатки.
Ей было его жаль. Впервые за все время она увидела в нем совершенно другого человека, если не считать вечер его дня рождения, тогда Сергей тоже был немного не в себе. В голову закралась мысль о том, что, возможно, все это как-то связано, но она не хотела сейчас об этом думать.
Абсолютно не хотела.
Он не среагировал на ее предложение, и Алёна шумно выдохнула. Шагнула назад и обогнула его приросшую к полу фигуру, нарочно маяча перед лицом. Ей хотелось сделать что-то, чтобы ему стало легче, чтобы это онемение исчезло, но она просто стояла, всматриваясь в его лицо. Сама не заметила, как начала вытирать свои слезы. Они скатывались по щекам, и она растирала их ладонями.
Он смотрел на то, как она плачет, чувствуя вину. Ее слезы из-за него.
– Алёна, – коснулся пальцами остренького подбородка, – успокойся.
Все нормально, мне просто нужно это переварить, не больше…
– Сережа, – кинулась вперед, повисая на его шее. – Все будет хорошо, – шептала, хаотично гладя руками его плечи.
– Все и так хорошо, – приподнял ее над полом, и Алёна проворно скрестила лодыжки за его спиной. – Давай улетим куда-нибудь на пару дней?
– Давай, – улыбнулась сквозь слезы, потираясь носом о его щеку, и черты мужского лица смягчились.
