– Он мне не папа! Что вам от меня опять надо? Уходите, мне завтра рано вставать на занятия, я хочу спать! – Плаксивым голосом произносит Мария.
– Отец или не отец – меня это не касается, у тебя с ним свои отношения, у нас с тобой будут свои отношения. Братец тебя многому обучал, но вот только ты мало, что умеешь, он не справился со своей работой, теперь тебя учить буду я!
(Далее на усмотрение постановщика: рекомендуется не демонстрировать гениталии, а стараться снимать все таким образом, чтобы заставить играть воображение зрителя.
)
Виктор расстегивает ширинку и достает свой член.
– Посмотри, ты уже видела мужской инструмент? Папа показывал тебе? – слегка лаская себя, спрашивает Виктор.
Мария нехотя смотрит и сразу же отворачивается стыдливо.
– Посмотри внимательно, пока от тебя ничего больше не требуется, просто смотри и все, – тихо шепчет Виктор и с наслаждением продолжает гладить себя, устраиваясь поудобнее и прислонясь к спинке кровати.
Мария искоса смотрит на то, как он ананирует, продолжая сидеть в такой же позе.
– Дай мне свою руку! – Приказывает Виктор. Мария протягивает к нему свою руку и он кладет ее на свой орган.
– Вот так вот, зажми чуть сильнее и води вверх-вниз, дяде будет приятно, и ты научишься правильно ласкать мужской член.
Мария нехотя начинает водить рукой.
– А я смотрю, судя по твоим действиям, ты уже делал это раньше, – колко замечает Виктор.
Мария ничего не отвечает, но продолжает, механически, ласкать его.
– А может быть, ты умеешь что-то еще, кроме этого? Может быть, я просто недооценил тебя? – спрашивает Виктор, начиная возбуждаться.
Мария все так же молча продолжает дрочить ему, делая это не особо умеючи, но прикладывая усилия.
– С мальчиками во дворе уже играли в игры? Ласкала чужие писи? – снова начинает сюсюкать Виктор с Марией, словно с маленькой девочкой.
Не дождавшись ответа, в полутьме снова слышиться его голос:
– Поцелуй его!
Мария, словно не слышит и продолжает медленно сжимать его член.
– Поцелуй его! – снова приказывает Виктор полушепотом.
Мария непонимающе смотрит на него, но затем снова опускает глаза и продолжает выполнять механические действия.
– Я сказал, наклонилась и поцеловала, живо! – грубо произносит Виктор, нервничая и теряя терпение. Его ноги начинают дергаться, он слегка переваливается с места на место, и громко откашливается.
