– Произносит Мария еле слышно."
"– Вставай! Кому сказал! Если ты не будешь жрать, я тебя буду кормить насильно! – Кричит Владимир, теряя терпение. Затем подходит к кровати и грубо откидывает одеяло. Хватает ее за руку и поднимает с постели.
Мария поднимается и медленно идет на кухню. Ставит чайник и заглядывает в холодильник.
Владимир проходит за ней и наблюдает.
– Давай помогу, садись, поухаживаю за тобой, как за больной. И помни мою доброту, – скалится он и грубо сажает ее за стол.
Мария садится на стул и смотрит в окно, пока Владимир готовит бутерброды.
– Сегодня приезжает мой старший брат, в свое время, он заменил мне отца и, можно сказать, вырастил. У меня к тебе большая просьба, будь с ним по любезнее и постарайся улыбаться, а то ты ходишь с такой кислой миной, смотреть тошно! – Он бегло смотрит в окно, чтобы убедиться, что там нет ничего интересного и щипает Марию за щеку.
Мария слабо реагирует, но поворачивается и переводит взгляд на бутерброды.
– Покушай, дочка, сила тебе сегодня пригодятся! Всю неделю почти ничего не ешь, так недолго и гастрит заработать! – он ставит перед ней тарелку и наливает чай.
Ставит перед ней бокал и сахар.
Мария берет бутерброд и, без особого интереса, медленно жует его. Она делает это таким образом, словно жует вату.
Владимир крутиться вокруг нее, словно ожидая, когда она все съест. Не торопя ее словами, но показывая свое нетерпение.
Через пару минут, Мария внимательно смотрит на него искоса. Владимир перестает сдерживать себя и начинает гладить ее тело, ощупывая ее грудь и концентрируя на ней особое внимание.
Через минуту его руки скользят ниже и Мария замирает на месте, перестает жевать, зажимая в кулаке недоеденный бутерброд.
В ее измученном взгляде читается недоумение и отчаяние. Нетерпение к этой нелепо сложившейся ситуации.
– Если ты уже покушала, то пойдем со мной, я уже весь сгораю от нетерпения. Что же ты со мной делаешь, я целыми днями только и думаю о тебе! – обнимая Марию, воркует Владимир.
Он силой разжимает ее кулак, в котором она сжала бутерброд и выковыривает его оттуда в тарелку.
Раскрашив хлеб по всему столу, он грубо поднимает падчерицу и тащит в спальню. Мария безвольно продвигает ногами, опустив глаза вниз и даже не пытается сопротивляться.
Владимир приказываете ей лечь на спину и положить подушку под ягодицы. Мария молча берет подушку и кладет ее под себя, приподнимая таз. Затем она закрывает глаза и ждет, когда мужчина приступит к новой экзекуции.
