Мне было жалко её. Очень сильно.
Всё же отправлять аристократок искать принца под дождём и диким ветром казалось мне жестоким. Это испытание было рассчитано на зверей девушек — на то, что они обратятся и стрелой помчатся на запах.
Но мои кузины всегда были одержимы тем, чтобы выглядеть хорошо в любой момент. С самого детства им запрещалось бегать с деревенскими детьми, интересоваться лошадьми или собаками. Зато поощрялись игра на пианино, флейте и арфе. И если Камиллу это вполне устраивало, то вторая моя кузина, Тамилла, которую все называли Тами, была большей бунтаркой.
Когда-то.
Пока их родители не слепили из Тами такую же идеальную леди, какой была Камилла.
— Мио! — жалобный голосок кузины пробрал меня до самого нутра, возвращая в прошлое, где я всегда чувствовала себя виноватой за то, что Морлэй жили в нашей тени.
Но я жёстко подавила это чувство.
— Здравствуй, Камилла, — спокойно поприветствовала я её с вежливой улыбкой. — Я здесь на работе.
Я немного волновалась — надеялась, что она сама поймёт, что я не могу ей помогать из-за своей роли.
Что это не имеет никакого отношения к нашим личным отношениям.
— Можно я у тебя погреюсь?! — Камилла указала на шатёр с обогревающими чарами, и мне с трудом удалось скрыть гримасу.
Пожалуйста, только не это.
Разве она не понимает? Это задание было не просто испытанием на выносливость — оно давало девушкам шанс продемонстрировать силу их звериной природы, их способность идти по следу, а также показать, насколько сильно на них влияет запах кронпринца.
Если Камилла в этот момент думала о том, чтобы просто согреться, а не продолжить идти по следу… это означало лишь одно.
Она не настолько заинтересована в цели.
— Я здесь на работе, Камилла, — вновь повторила я ровно ту фразу, которую нам велели говорить.
По правилам мы не имели права отказывать участницам, если те хотели воспользоваться обогревом, но и помогать или подсказывать им категорически запрещалось. Впрочем, в обоих случаях нам приходилось докладывать о подобных инцидентах в комиссию, а там уже сами решали, насколько это отразится на оценке девушки.
Камилла, упрямо вздёрнув тёмноволосую голову, проследовала к шатру.
— Ах! Так-то лучше! А ты здесь хорошо устроилась, — сказала она, оглядевшись, высыхая прямо на моих глазах.
Мокрые пятна на её элегантном плаще стремительно уменьшались и исчезали, а тщательно уложенные тёмные волосы начали слегка пушиться, теряя идеальную форму.
