В самом конце галереи, на скамейке с резной спинкой, словно бы случайно восседала Гелена де Рокфельт — в окружении своих высокородных подруг и знакомых.
Здесь же, словно невзначай, прогуливались и другие аристократы, и даже одна из моих кузин, которую я не видела уже три года. Ни на балу, ни сейчас она не подошла ко мне.
Запахи после бала резко потускнели, хотя, к моему удивлению, не исчезли полностью. В замке действовала сильная магия, глушащая такие следы.
Лорд Крамберг наблюдал за мной с другого конца галереи, точно коршун, — следя, чтобы я принесла извинения.
Иначе не видать мне никакого повышения. А может, и нынешней работы тоже. Даже места ассистента младшего ритуалиста.
Интересно, чья это была идея с извинениями? Его или самой Гелены де Рокфельт?"
"Мать моего бывшего жениха заметила меня сразу же: скосила на меня один из своих красивых янтарных глаз, но тут же вернулась к разговору, будто бы оказалась здесь случайно.
Вздохнув и расправив плечи, я направилась к ней, про себя отметив, что Леонарда нигде не видно.
Как и всегда, он предпочитал, чтобы с его матушкой я общалась без него.
— Вы искали меня, Ваше Сиятельство? — вежливо, даже почти виновато начала я.
Я очень долго размышляла, как начать этот разговор. Без сомнения, и место, и время были выбраны не случайно — графиня хотела публичного извинения, но при этом вряд ли желала выглядеть злодейкой.
А я решила изображать идиотку. Раз уж мне предстоит очередная порция унижений, особенно при том, что я даже не искала общества Леонарда, то стоит хотя бы сделать так, чтобы в следующий раз они десять раз подумали, прежде чем требовать от меня подобного.
— Я не искала вас, дитя, — с едва заметным презрением ответила графиня, отвернувшись от своей собеседницы — матери одной из участниц.
— Мне было передано, что вы ожидаете публичных извинений, — всё так же вежливо улыбаясь, произнесла я.
Я заметила, что многие разговоры в галерее стихли, хоть никто и не оборачивался.
Аристократы старались делать вид, будто не подслушивают, но не могли сдержать собственного любопытства.
— Передано… — в янтарных глазах вспыхнуло раздражение, но она быстро взяла себя в руки. — Вы хотите принести извинения?
Она казалась скучающей, и в голосе её послышалось равнодушие, будто Её Сиятельство была слишком важна и занята, чтобы тратить время на мои покаянные речи.
— Д… девять утра, галерея Шестого века, — я сделала наивное лицо. — Чего я хочу, не имеет значения.
